Книга Красные нити, страница 91 – Александр Скок

Помолчав, я спросил:

— Ну и как там Катя?

— Врачи сказали, что все будет хорошо. Ей повезло. Четыре попадания, но ни одна пуля не задела органы. Феноменальное везение. Новый день рождения.

— Долго ей лежать в больнице?

— Как врачи решат.

Эта информация меня вполне удовлетворила. Хорошо, что все хорошо кончается. Буду в Москве — навещу. Черт, да какая, блин, Катя?! София!

Я был серьезно озадачен несовпадением имени эльфийки. Прокручивал в памяти начало нашего знакомства с Софией, вспомнил, как тогда, в роще, она показала нам удостоверение частного детектива. Я хорошо запомнил ее данные: Полякова София Владимировна. Как же получается, что Николай со своей фотографической памятью перепутал ее имя? Это невозможно! Вот и впрямь ерунда какая-то!

Я пожал плечами и решил не забивать этим голову. Пока что. Буду в Москве, пойду к Софии и сам во всем удостоверюсь. Даже паспорт ее Денисову покажу.

Николай высадил меня у подъезда, а сам умчался в сторону Москвы, оставив меня с моими замыслами на вечер.

Стемнело. Стрелка старых часов съемной квартиры сухо щелкнула на полдевятого. Я запер квартиру и вызвал такси, направляясь к месту, где пил кофе Рустам. Машина остановилась напротив кафешки, я вышел и, войдя внутрь, осмотрелся. Рустам, окруженный своей свитой, сидел за привычным столиком. Я подошел к ним.

— Пойдем, выйдем, — бросил ему.

— Опят ты, собака, — фыркнул худой. — Тебе тогда мало было? Еще хочешь?

— Я не с тобой говорю, баран.

Худой вспыхнул, гнев заиграл в его глазах. Он бы ударил меня прямо здесь, если бы Рустам не поднял руку, успокаивая его.

— Твоя шлюха не вернула долг, — холодно произнес он. — Теперь с нее полтора миллиона. Чтобы к концу месяца были у меня, иначе порежу всю ее семье. Понял, пес?

— У нее столько нет, — ответил я.

— Ее проблэмы. Пусть больше клиентов берет.

Дружки Рустама разразились гоготом. Он кивнул мне:

— Так и быть, сделаю вам снисхождение. Ты можешь отработать долг. У дяди есть ферма, будешь говно за конями убирать. Три месяца бесплатно. Тогда скину пятьсот тысяч.

Его банда одобрительно загудела.

— Нет, обойдемся без этого. На самом деле, — ответил я, почесав лоб, — на самом деле я принес тебе деньги. Миллион восемьсот. Этого хватит, чтобы ты забыл Риту?

— Давай сюда.

— Нет. Ты сначала скажи, достаточно ли этого?

— Да.

Я оглядел кафе, потом посмотрел на Рустама.

— Давай не здесь. Слишком много глаз. Пойдем за кафе, деньги там отдам.

Худой процедил:

— Здесь давай, собака. Или ты решил там ножом пырнуть?

— Зачем мне это? Я хочу решить все миром.

— Пойдем. Ты же ручной пес, кусаться не будешь? — усмехнулся Рустам.

Его дружки одобрительно захохотали, бросив на меня презрительные взгляды.

Вышли. Свернули за кафе, здесь темно. Мы встали друг напротив друга. Я не спешил, смакуя момент. Рустам ждать не хотел:

— Ну?

— Теперь слушай сюда. Еще раз наедешь на Риту — завалю. Понял?

— Опять по рогам хочешь получить?

— На этот раз получишь ты.

Сзади раздались шаги. Я обернулся через плечо. К нам приближались худой и еще двое из банды.

— Ну что, собака, где деньги? — выплюнул худой.

— Он без денег, — сказал Рустам.

Худой вытащил руку из кармана джинсов, что-то щелкнуло, и блеснула сталь.

— Ну, все пес, сейчас резать тебя будем.

Внутри меня прокатился холод, периферия зрения окрасилась привычной мрачной синевой. Я решил применять телекинез на минимальной силе, чтобы откат был не таким болезненным. К тому же, убивать я никого не хотел.