Книга Красные нити, страница 59 – Александр Скок

Семеныч не стал отрываться от бланка, и, смоля сигаретку в углу рта, монотонно проговорил:

— Смерть наступила в результате потери крови, перерезана сонная артерия, вероятно, кухонным ножом. Следов насилия и борьбы на теле не нашел. Более подробно расскажу после вскрытия, хотя тут и вскрывать особо не требуется. Зарезали Яшку, вот вам мое заключение.

Семеныч размашисто подписал бланк, поднял на нас взгляд:

— У вас ко мне есть еще что-нибудь? А то мне на автомобильную кражу ехать надо.

Денисов пожал плечами:

— Вопрос нет. Нож нашли?

Трубкин раскрыл пачку сигарет и ответил:

— Нет. Скинул он его где-то. Теперь хрен найдешь.

Я вдруг подумал, что он и не пытался искать. Черт возьми, а что если он прикрывает убийцу? Что если они все тут заодно? Блохин, Гор, Трубкин, Сотник? Что если криминал и силовики одна большая преступная группа? Что они с нами сделают, когда мы подберемся к ним слишком близко? Я посмотрел на Трубкина, он закурил и подмигнул мне. Как-то зловеще подмигнул, слово бы знал, что я знаю, что они повязаны с криминалом. От этой мысли стало не по себе.

Я отыскал взглядом лестницу, ведущую на мансарду. Она была прямо здесь, в прихожей. Получается, придется подниматься на глазах у всех. Ладно, погнали. Без слов я начал подниматься. Трубкин метнул в мою сторону быстрый взгляд, но промолчал.

— Свидетели есть? — спросил Денисов.

— Соседей не было дома.

Что дальше отвечал ему майор, я не расслышал — уже поднялся на мансарду. Здесь была одна большая комната, что-то вроде зала для отдыха. Мягкий диван, огромный телевизор, ковер в центре, книжный шкаф у стены. Пол из небольших досок, покрытых белой краской. Около окна я нашел незакрепленную доску, сдвинул в сторону, достал зеленую увесистую папку. Распахнул окно и скинул ее на дорожку. Спустился, прошмыгнул мимо оперативников и вышел на улицу забрать папку. Ждал Денисова во внедорожнике. Он пришел минут через десять и сел за руль.

Я протянул папку.

— Молодец, красиво сработал! — сказал напарник. — Поехали в отель. Будем разбираться, — эфэсбэшник положил папку назад и, провернув ключ в зажигании, резко сдал назад, а потом, колесами вздымая гравий, тронулись с места.

* * *

Николай открыл дверь своего номера и обернулся ко мне, его взгляд был усталым, но в нем горел огонек профессионального азарта.

— Иди отдыхай, — сказал он, коротко кивнув в сторону моего номера.

Я посмотрел на папку с материалами Яшина у него в руках, в голове крутились мысли о том, что там может быть.

— Я думал, тоже их посмотреть, — произнес я, пытаясь скрыть любопытство в голосе.

Николай коротко усмехнулся:

— Потом посмотришь.

Вот же зараза! Я пожал плечами, подавив раздражение, достал ключ от номера.

— Спасибо, что прикрыл, — негромко добавил Николай.

Наверное, это он про тот случай, когда я толкнул бак и не дал Блохину выстрелить прямо в него.

— Ага, не за что.

И он вдруг приоткрыл мне занавесу тайны:

— Тебя планируют устроить в ФСБ. То есть, никакой истории с советником. Все намного серьезней. Получишь звание, погоны. Тебе поручат спецзадание…

Слова Николая прозвучали как удар молота, разрушающий стены. Я бросил на него взгляд:

— Ого! Вот это откровение. А говорил, тебе не рассказали, к чему ко мне такой интерес… Что еще за спецзадание?