Онлайн книга «Красные нити»
|
— Это был момент перемещения вашего сознания, — сказала Эмма, почему-то обращаясь к Николаю на «вы». — Сколько раз такое было? — Два раза. — У меня тоже, — произнес я. — И у меня, — вдруг сказала Эмма и на ее лице промелькнула тень печали. Помолчали. Эмма глотнула вина и ответила: — Эксперимент, который готовит Кочетков, может иметь фатальные последствия не только для этого мира, но и других тоже. — Какие именно фатальные последствия? — спросил Николай. Закурив, Эмма затянулась, выпустив кольцо дыма, и сказала: — Тесла провел свой эксперимент в Колорадо-Спрингс. Прямо рядом с его лабораторией была построена шестидесятиметровая мачта с кое-каким оборудованием и шаром-резонатором на самом верху. У нашего НИИ тоже есть такая мачта. Очевидцы тех событий рассказывали, что Тесла с помощью своей установки смог зажечь лампы накаливания на расстоянии сорока двух километров без всяких проводов. Но это не все: тела людей, которые оказались в зоне эксперимента, начинали светиться голубым светом, из пальцев некоторых выбивались электрические разряды, а небо разрывали молнии. Лошади получили ожоги от тока, который неожиданно появился в их металлических подковах… Электрические волны, исходившие от установки, распространялись кольцами за пределы Колорадо-Спрингс и сходились в противоположной точке Земли. Так можно было раздать энергию на весь мир. Теперь вернемся к Усинску. Пространство, отделяющее город от других его версий, здесь очень тонкое. И во многих других версиях Усинска дела обстоят так же. Этот эксперимент будет проведен не только у нас. В других версиях Усинска тоже. Существует вероятность, что поток электрических волн будет запущен в пространство одновременно во множестве вселенных. Допустим, этих вселенных миллиард. В миллиарде вселенных это произойдет. В результате эта энергия может начать взаимодействовать между собой, усиливая свою мощность в миллиарды раз… Она распространится по всей Земле. Энергия такой силы обрушит всю мировую энергосистему. Это будут фатальные разрушения… Обрушение энергосистемы вызовет цепную реакцию: блэкаут, обвал рынка, обрушение экономик, всеобщая паника… И это еще не считая того, сколько времени продержится на резервом питании реанимации, сколько самолетов упадет в этот день. — Мрачно, — прокомментировал Денисов. — По-моему, ты сгущаешь краски, — произнес я с нотками сомнения в верности теории Эммы. Девка просто пьяна и несет пьяный околонаучный вздор. — Я не сгущаю краски, — ответила Эмма, подошла к окну, открыла форточку и стала курить. — Что скажешь? — спросил я у напарника. — Надо закрывать этот НИИ, срочно, — ответил он. — Согласна, — кивнула Эмма. Я посмотрел на девушку с прищуром: — А ты точно ученый-физик? — Точно, — кивнула Эмма, выпустив дым в форточку. — А где ты работаешь? — Российский научный центр «Курчатовский институт». Денисов о чем-то задумался и вздохнул: — Могу сказать, что мы выполнили поставленную нам задачу. — В смысле? — опешил я. — Смогржевский действительно совершил самоубийство. Он тоже из другой вселенной. Только она сильно отличается от нашей. Помнишь его картины? Факты с самого начала были перед нами. — Помню, — кивнул я, вспоминая мост со странными футуристическими авто, затем непонятного зверя, причал с девушкой и кораблями, и странную улицу с рыбой в небе. — Ты хочешь сказать, что он делал зарисовки своего мира? |