Книга СССР: назад в будущее, страница 48 – Александр Скок

Толстый перевел на него взгляд и поморщился:

— Зассал? Не мужик?

— Ничего я не зассал.

— Тогда первый будешь! — хохотнул толстый. Банда поддержала.

Алина прижалась ко мне, вцепившись в руку. Мне не оставалось ничего кроме как вступиться за дока. Во-первых, потому что теперь мы в одной лодке, во-вторых, в любом случае я бы не смог бездействовать, будь я просто прохожим, то непременное вмешался бы. Такие вот у меня жизненные принципы. Откуда-то в недрах груди все сильнее разгоралась лютая ненависть к этим отморозкам, и все сильнее я хотел поставить их на место.

— Не выросло еще кое что, — сказал я всем.

Мои слова оказались, словно порцией бензина, попавший на тлеющие угли. Банда отступила нас и взяла в кольцо, и я понял, что вот-вот начнется заварушка. Шестеро, ладно, пятеро (тощий очкарик не в счет, он даже тени своей боится) против одного — банда представляла реальную угрозу, не смотря на то что каждому из ее участников не больше двадцати, по сути, студенты. В данной ситуации они просто задавят меня числом. Ну, ничего у меня есть в рукаве весомый козырь. Я потянулся за спину за пистолетом, но рука нащупала лишь воздух. Я же ствол оставил в квартире! Не стал брать на ночную прогулку, и как оказалось зря.

— Иди домой, — сказал Алине.

— Нет, нет, она никуда не пойдет, — оскалился толстый и разбил об лавочку бутылку, в его руке образовалась стеклянная «розочка».

А он серьезно настроен! Не став засусоливать, сжал кулак и размашистым ударом справа, попал толстому точно в морду. Тот отлетел назад на пару шагов, грохнулся на пятую точку. В следующий миг мне спину словно врезался таран, сбил меня с ног и я полетел на асфальт. Тишину ночного двора вспорол визг Алины.

СССР. Москва. Год 2023-ий. Жилые кварталы. Дом Алины

Асфальт встретил меня со всей гостеприимностью: я упал на живот, счесывая в кровь выставленные перед собой ладони. Тут же попытался встать, в живот прилетел удар, ребра прострелила боль, и я снова встретился с асфальтом. Один миг, и меня атаковали уже с другой стороны. Перекатившись вправо, попытался встать, но все тщетно — тут же прилетел удар, потом второй, третий — не давая подняться. Атаки наносились со всех сторон, и я уже не предпринимал попыток подняться, лежал в позе эмбриона, закрыв руками голову. Меня отделывали так, словно я был куском мяса на рабочем столе шеф повара и он собирался приготовить отбивную, активно работая молотком. Почему-то боли я совсем не ощущал. До меня донеся визг Алины:

— Не трогай меня!

Под градом ударов я улучил момент оценить обстановку: трое были заняты мной, еще двое пытались раздеть Алину.

Черт, я же штурмовик, почему я не могу справиться со студентами?!

— «Получены повреждения: множественные гематомы, кровоподтеки, ушиб ребер, ушиб позвоночника. Травма почек легкой степени. Ситуацию расцениваю, как критическую. Запускаю режим перехвата управления», — сказала Эя.

Дальше я был лишь сторонним наблюдателем. Моя правая рука молниеносной хваткой поймала ногу противника, рванула ее в сторону, раздался характерный хруст сломавшейся кости, а потом пространство заполнил вопль полный боли. Противник упал на асфальт и я увидел, что это был студент с пластиной в голове.

Минус один.

Стая замолотила активней. Тело крутанулось в невероятном пируэте, и я подсек ноги противнику, скосив того на асфальт. Перекатился в сторону, вскочил на ноги. Передо мной оказался толстый, его правый глаз бал закрыт гематомой, а под ним растекался приличный синяк. Что ж, неплохо я приложился. Враг махнул передо мной розочкой и оскалился.