Книга Когда снега накроют Лимпопо, страница 35 – Евгения Райнеш

Я, не спрашивая разрешения, приоткрыл окно. В распаренный салон рванулся свежий ветерок. Это было приятно.

— Почему вы так настойчиво хотите привлечь меня к вашим делам? — я решил играть в открытую.

— Потому что мне нужен союзник. И вы как никто другой сейчас подходите на эту роль.

— Ерунда, — хмыкнул я. — Давайте начистоту: я никогда не буду действовать во вред Тави.

— Просто выслушайте меня без предвзятости, — Гаевский тронул авто с места. — Если летавица и в самом деле преступила наш закон, то пока ее вина косвенная. Наказание не будет слишком сурово. А вот если она, заметая следы, войдет во вкус и сорвется с тормозов: пиши пропало. Ваша Тави и на уничтожение заработает.

Сердце тоскливо сжалось.

— Идите вы… Тави не способна даже подумать об убийстве. Это я знаю точно.

— Я уверен, что вы говорили с ней о трагедии в зоопарке. Врать летавицы по определению не умеют. Значит, она просто забыла, что происходило той ночью.

— Или Тави не виновна, — ответил я хмуро. — Вы такой вариант даже не рассматриваете?

— Забыла, — уверенно и удовлетворенно кивнул Гаевский. — В любом случае, в ваших интересах помочь мне. Хотя бы для того, чтобы доказать ее невиновность.

В салоне воцарилась тишина, убаюкивающая шуршанием шин по асфальту.

Мы свернули с центрального шоссе и мимо сейчас проносились небольшие уютные коттеджи. Наш путь явно лежал в пригород.

Яруга — вообще уютное место, а здесь особенно ощущалось сонное спокойствие города. Частный сектор тянулся далеко-далеко причудливыми домами с затейливыми башенками, небольшими зелеными парками и прудиками с беседками. День стоял жаркий и к тому же — будничный, поэтому улицы не отличались многолюдьем. А, может, сыграло свою роль и то обстоятельство, что где-то разгуливал лев, сбежавший из зоопарка.

— Вообще-то у меня работа, — я наконец-то нарушил тишину.

Пиканта вильнула влево в почти неразличимый между двумя участками проезд и зашуршала, пыля, по проселочной дороге. Асфальт закончился, но колея, петляющая в выгоревшем на солнце поле, оказалась довольно утрамбованной. Этот путь явно пользовался популярностью.

— Вы не предупредили, что мы едем за город!

— Разве? — улыбнулся Гаевский. — Наверное, забыл.

Мне не понравилась его улыбка. Что я вообще знаю о нем? Кто-то позвонил, что-то сказал. Кто угодно мог представиться «управником из управления». Каким-то из какого-то. Единственное, что заставило меня поверить в полномочия этого Юлия — он знал о Тави. Много, даже чересчур. В том числе то, о чем я и сам раньше понятия не имел.

А что, если это какая-то банда, охотящаяся на летавиц? Вдруг пришло мне в голову. Обрывающая небесным девам крыльям и сдающая прекрасных созданий в подпольные публичные дома? Я ничего не слышал об этом, но мое незнание никак не опровергает такую возможность. Отсюда и невероятная осведомленность «управника» о жизни летавиц. Как он там говорил? Есть еще подобные Тави? Я не помнил точно перечисленных Гаевским названий существ. Вполне возможно, у них подпольный клуб для извращенцев, пресытившихся обычными развлечениями. Летавиц им подавай!

Я одновременно разозлился и обрадовался, что Тави удалось скрыться. Особенно теперь, когда машина миновала коттеджный поселок, поляну после него и въехала в самый настоящий густой лес.