Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 146 – Евгения Райнеш

Впрочем, он и сам сейчас был в этом уверен. Кош Мар открывался в его снимках совершенно неожиданными сторонами. Словно доверял только зрению Клима, переломленному через видоискатель.

— Правда? — спросила Ната, и в глазах её опять зажегся интерес.

— У меня уже получалось кое-что, — кивнул Азаров.

— Значит, давай поскорее сделаем это!

Он попросил её надеть любое светлое платье, какое у неё есть, и Ната пришла в кипенно-белых кружевах. Подол мягко обвивал щиколотки, а у шеи атласная лента поддерживала собранный в рюши ворот. Это точно было то, что надо! Прямое попадание. На прекрасном «материале» Климу оставалось «дорисовать» крылья лучами света. Он прекрасно помнил, как серебрились пылинки за её плечами в их первую встречу.

Рита же выглядела непривычно озабоченной, но Азаров в предвкушении прекрасной съёмки даже не заметил этого. Девушка постоянно проверяла время и снизила градус напряжения, только когда Клим, подготовив аппаратуру, с головой ушёл в процесс и заразил своим энтузиазмом всё, что вертелось вокруг него. А через полчаса и вообще увлеклась происходящим.

Всё совпало. Солнце как раз переместилось к западу и сочилось сквозь густые белые облака, кидая в окно второго этажа тонкие лучи. Оно создавало те самые длинные неровные полосы, чередование света и тени, в которых Клим впервые увидел ангела Нату.

В такие моменты, когда всё получалось, Азаров особенно чувствовал свою силу, власть над пространством и обстоятельствами. Он не клянчил у судьбы подачек, а просто брал у окружающей действительности, что хотел. Свет, тень, плоскость, объём. Всё самое важное и надёжное в реальности.

Локоны Наты светились от запутавшегося в них солнца, блики за её спиной спадали сверкающим пыльным шлейфом — поникшие крылья, они переходили в безнадёжную темноту там, где заканчивалась нежная материя платья. Она не умела и не старалась позировать, просто послушно поднималась, опускалась, поворачивалась на просьбы Клима, но в её естественности и таилась ангельская симфония. Нате не нужно было ничего из себя изображать.

Тень и источник света. Высокое и низкое. Полёт и падение.

Клим остановился, только когда щёлкнул последний кадр. Получилось. Больше уже ничего нельзя прибавить. У него дрожали руки, на лбу выступили капли пота. Азаров чувствовал, что ноги не держат, они стали ватными, вялыми. Волшебство закончилось тут, в реальности, переместившись в камеру. Словно она, эта камера, выпила всё сказочное до дна, высушила действительность.

Азаров поднял глаза и увидел, с каким удивлением девочки смотрят на него.

— Ну, ты и даёшь, — выдохнула Ната.

Клим даже не стал переспрашивать, что она имела в виду. Сейчас он был пуст, отдавшись иной стороне видоискателя. Обычно требовалось от пятнадцати минут до получаса, чтобы прийти в себя. Но сейчас трясло ещё и от предвкушения того, что он увидит на мониторе. Это точно не могло быть банальным.

— Здорово, — сказала Рита и покачала с сожалением головой. — Так бы смотрела и смотрела… Но у меня встреча с клиентом…

Она бросила взгляд на экран мобильника.

— Через два часа.

— У меня тоже встреча. И так уж получилось, что тоже через два часа.

Азаров несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, сжал в кулаки и снова разжал вспотевшие ладони. Осторожно снял камеру со штатива, почти на вытянутых руках понёс её к столу, на котором уже заждался включённый ноутбук.