Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 188 – Татьяна Кравченко

Уровень 9 был другим. Металлические коридоры с узкими дверями, промаркированные яркими знаками биологической опасности. Отсек D9 открылся с долгим гулом. Внутри — огромная камера, металлические крюки, поддоны, герметичные шлюзы и работающая система дезинфекции. Всё работало.

— Идеальный крематорий, — хрипло заметил Эд.

— Не говори так, — Джулия взглянула на него. — Мы хороним тех, кто не виноват.

Ливия встала у панели, нажала первую команду. В отсеке раздался характерный звук переработки, и в воздухе повис запах озона и пепла. Первый поддон медленно ушёл вглубь.

— Покойтесь с миром, — тихо сказала она.

На третий вечер, стоя у мониторов, Ливия взглянула на карту:

— Путь к Воронову свободен. Арес, подготовь пробуждение капсулы анабиоза. Мне он нужен. — голос Ливии звучал жёстко.

— Подготовка начата,— ответил голос Арес. — Температура в камере начнёт подниматься через три часа. Восстановление сознания — в течение восьми. Полное пробуждение будет закончено завтра в 11.00.

— Отлично, — сказала Ливия после зачистки, стирая кровь с лица влажной салфеткой. — Но прежде чем мы встретимся с Вороновым, нам нужно отдохнуть. И приготовиться. Он — последний.

Они вернулись в свои апартаменты. Вода в душе была горячей — система Арес поддерживала температуру, как будто мир снаружи не превратился в руины. Кровь оживших смывалась тяжело, вязко, словно впиталась в кожу. Ливия смотрела, как алые капли стекают по плитке, и чувствовала, как напряжение медленно уходит.

Ночь была короткой. Ливии снились ожившие, обрушенные города, потерянные семьи.

Ливия встала раньше всех. В гардеробной, за металлической дверью, она нашла то, что хотела: чёрное платье по фигуре, лаконичное, элегантное. И туфли на тонком каблуке.

Когда она вышла из комнаты в гостиную, Эд присвистнул.

— Убивать хочешь красиво, да?

— Я хочу, чтобы он запомнил этот день. Это утро. Последнее в его прежней жизни. Его пробуждение будет красивым. А потом — трагичным.

Джулия остановилась, не приближаясь. Лицо её было напряжённым, в глазах — боль.

— Я не буду в этом участвовать, — сказала она, глядя только на Ливию. — Я не могу. Я ещё помню, кто всё это сделал. Кто стоял у истоков. Это… всё ещё свежо. Это рана. Которая не зажила.

— Джулия… — попыталась сказать Ливия.

Но та лишь покачала головой.

— Я пытаюсь простить тебя. Но его нет. Но я не хочу становиться вами. Делай, что хочешь. Я пойду к себе.

Ливия смотрела ей вслед.

Затем она отправилась на кухню и приготовила роскошный завтрак:

Ливия нарезала замороженный хрустящий французский багет и обжаривала его до золотистой корочки на сковороде. Запах хлеба наполнял воздух, поднимая настроение всем в комнате.

— Это будет лучшее его утро, — произнесла она в полголоса.

Изгибаясь к шкафчику, Ливия достала немного масла и травы, всё, что смогла найти — укроп, базилик и розмарин.

Пока хлеб подрумянивался, она закипятила молоко для кофе. Ливия соединила его с каплей ванили, чтобы придать напитку уникальную нотку.

Ливия широко улыбнулась.

— Это выглядит потрясающе! — Тосты с авокадо, сыр, кофе с ванилью.

Ровно в 11.00 Ливия и Эд спустились на девятый уровень.

Перед ними раскинулся отсек анабиоза — огромный, холодный, словно сердце подземной гробницы. Вдоль стен стояли двадцать капсул. Серебристые, с прозрачными крышками, подсвеченные мягким голубым светом.