Книга Вирус Aeon. Нева, страница 402 – Татьяна Кравченко

Она побежала к ним, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она протянула руки, чтобы обнять их, прижать к себе, вдохнуть знакомый запах...

И в этот миг чей-то голос, чужой и настойчивый, прозвучал у нее за спиной, словно сквозь толстый слой воды:

— Ева... Ева... Нева...

Она резко обернулась. В конце коридора никого не было. Повернулась обратно — и кровь застыла в жилах. Ник и дочка все так же стояли. Но их улыбки стали неестественными, застывшими оскалами. Кожа приобрела землистый, восковой оттенок. А их глаза... глаза стали молочно-мутными, пустыми. Они медленно, с характерной шаркающей походкой, пошли на нее, вытягивая руки.

— Нет! — закричала она, отступая. — НЕТ!

Голос снаружи стал громче, настойчивее:

— Нева! Нева!

Она зажмурилась, пытаясь изгнать кошмар, и...

...резко дернулась, просыпаясь. Лоб с силой ударился о холодный пластик руля. Хамви. Она была в хамви. Дежурство. Ночь.

Но что-то было не так. Не та тишина.

Она подняла тяжелую голову и обомлела.

Стекло лобовое и боковые окна были серо-зелеными, шевелящимися. Их облепили тела. Десятки, может, сотни. Плотная стена из гнилой плоти и тряпок. Они молча, с тупым упорством, давили на броню, их пальцы царапали по стеклу и металлу, оставляли жирные, бурые следы. Сквозь эту шевелящуюся завесу не было видно ни двора, ни дома, ничего. Они были в коконе из оживших.

И снова этот голос, приглушенный толпой и броней, словно доносящийся со дна моря:

— Нева... Нева...

Она протерла глаза, пытаясь сориентироваться. Голос был реальным.

— Кайл? — хрипло прошептала она.

Она метнула взгляд наверх и увидела его в окне второго этажа. Его лицо было бледным от напряжения. Она потянулась к механизму стеклоподъемника. Окно со скрипом опустилось на пару сантиметров.

— Что там? — крикнула она в щель.

Мгновенный ответ был оглушительным и жутким. В прорезь тут же впились десятки пальцев, грязных, с ободранной кожей. Раздались хриплые вздохи, полные голода, которые стали в разы громче.

С криком ярости и отвращения она ударила по кнопке подъема. Окно поползло вверх, с силой зажимая пальцы. Раздался отвратительный хруст. Два окровавленных обрубка упали внутрь салона на сиденье. По наружной стороне стекла поползли густые, темные подтеки.

— Черт! — выругалась она, сбрасывая окровавленные пальцы с сиденья.

Ситуация была критической. Ее взгляд упал на люк в крыше. Она отстегнула замки и с силой толкнула крышку люка. Открыв его, она приподнялась во весь рост, ухватившись за турель пулемета для устойчивости.

Картина, открывшаяся ей, была апокалиптической. Весь двор, от забора до самого дома, был заполнен морем голов. Они качались, как колосья на ветру.

— ПОДЪЕЗЖАЙ К ОКНУ! — закричал Кайл, едва перекрывая шум. — ЭД И ВИЛЛИ ЕЛЕ ДЕРЖАТ ДВЕРЬ! ОНИ СЕЙЧАС ЕЕ ВЫНЕСУТ!

Его слова повисли в воздухе, холодные и безжалостные. Она услышала, как из-за его спины донесся приглушенный, но яростный рев Эда и глухой удар — вероятно, Вилли плечом упирался в дребезжащую дверь, пытаясь сдержать натиск.

Вся ярость, страх и отчаяние сжались у нее внутри в тугой, холодный ком. Они были в ловушке. И она была их единственным шансом.

Сердце Невы бешено колотилось, сливаясь с гулом мотора. Она вдавила газ, и хамви рванулся с места, но почти сразу же его движение замедлилось, словно он увязал в густой патоке. Спереди, с боков — сплошная стена тел. Машина с трудом продавливала себе путь, перемалывая кости и мягкие ткани, но на каждое сметенное тело приходилось два новых. Волна плоти отбрасывала хамви назад, не давая продвинуться и пары метров.