Книга Вирус Aeon. Нева, страница 368 – Татьяна Кравченко

Он сделал большой, обжигающий глоток виски, почти не чувствуя его вкуса, только огонь, спускающийся по горлу. Поставил стакан на стол с глухим стуком. И, не дав себе времени передумать, шагнул к ней.

Его движение было резким и решительным. Он схватил ее за талию, притянув к себе так внезапно, что она не успела издать ни звука. Стакан с виски выскользнул из ее пальцев и с звоном разбился о пол, расплескав по дереву янтарные лужицы. И прежде чем шум стих, его губы нашли ее губы.

Нева замерла. Абсолютно. Ее тело напряглось, как струна, ее разум, всегда работавший с бешеной скоростью, на мгновение опустел, захваченный врасплох этой атакой. Прошла секунда, другая, наполненная лишь звуком их прерывистого дыхания и бешеным стуком сердца, отдававшимся в ушах. А потом... потом что-то сломалось. Не стена, а плотина. Она ответила. Ее поцелуй был не менее яростным, отчаянным, полным той самой боли и гнева, что горели и в нем. Ее руки вцепились в его плечи, не отталкивая, а притягивая, прижимая его ближе, словно он был якорем в бушующем море ее эмоций.

Он поднял ее, как перышко, и усадил на край массивного стола. Их движения были грубыми, почти яростными, будто они пытались в этой близости найти подтверждение тому, что они еще живы, что они еще чувствуют что-то, кроме страха и скорби. Ее пальцы вцепились в подол его футболки и с силой стянули ее через голову, отбрасывая в сторону. Она обвила его ногами, прижав его к себе, и в этом движении была вся накопленная годами тоска по простому человеческому теплу.

Он оторвался от ее губ, его дыхание было горячим и прерывистым. Он прильнул губами к ее шее, к ключице, и она откинула голову назад, издав сдавленный, хриплый стон. И в этот миг ее открытые глаза, упали прямо на ту самую фотографию. На счастливые, беззаботные лица. На Ника.

Как от удара током, она отстранилась. Ее руки, только что с такой силой прижимавшие его к себе, уперлись ему в грудь.

— Кайл... хватит, — ее голос прозвучал сдавленно, но в нем уже звенела привычная сталь.

Он прошептал, его губы почти касались ее кожи, его дыхание обжигало:

— Мы просто... расслабимся. Без обязательств. Мы заслужили это.

И он снова потянулся к ее губам, пытаясь вернуть тот миг забытья. Но ее рука, упершаяся в его грудь, оттолкнула его с силой, которой он от нее не ожидал.

— Уходи! — ее крик прозвучал оглушительно громко в тишине кабинета, в нем была паника, ярость и боль.

Кайл отшатнулся и увидел, как ее взгляд метнулся к пистолету, лежавшему на столе рядом бутылкой. Ее пальцы потянулись к оружию.

Он сделал шаг назад, подняв руки в жесте примирения. Адреналин медленно отступал, сменяясь холодной волной осознания.

— Ладно... остынь. Я ухожу.

Он нагнулся, подобрал с пола свою футболку и, не глядя на нее, натянул ее. Потом подошел к стулу, схватил свою куртку и направился к выходу. Уже в дверях он повернулся. Нева все так же сидела на столе, ее грудь вздымалась от частого дыхания, а в глазах бушевала буря.

— Передумаешь — зови, — сказал он с кривой ухмылкой, в которой не было злобы. — Я не обиделся.

Дверь захлопнулась за ним с оглушительным, финальным стуком. Звук эхом прокатился по кабинету, заставив Неву вздрогнуть. Она сидела неподвижно, сжимая края стола. Внутри нее все кричало. Голос долга, голос прошлого, голос усталости. И сквозь этот шум пробивался другой, тихий, но настойчивый: «Похоронила себя вместе с ним... Дура... Живи...»