Книга Вирус Aeon. Нева, страница 204 – Татьяна Кравченко

— Так, Ливия, хватит сантиментов, — ее голос снова стал жестким, деловым. — Продолжай. Что там с вашим бункером? Надеюсь, не собираетесь там вечно сидеть?

Она бросила взгляд на незнакомца.

И в этот момент, словно сама судьба решила прервать разговор, из-за угла соседнего разрушенного магазина вывалились двое оживших. Медленные, хрипящие, но неуклонно движущиеся к источнику звуков и запахов – к ним.

Реакция была мгновенной. Сет и Джина сработали как единый механизм. Сет шагнул вперед, дробовик коротко бухнул. Голова первого мертвеца разлетелась осколками черепа и брызгами. Джина метнулась в сторону, тесак сверкнул дугой – второй рухнул с перерезанным горлом, захлебываясь черной жижей. Все заняло секунды.

Нева даже не дрогнула. Она просто поднесла рацию к губам, ее голос был спокоен, как будто она заказывала пиццу:

— Рон, прием. Кто сегодня дежурный по уборке мусора? У госпиталя. Двое "туристов" испортили вид. Пусть приедут, прибраться.

Она выключила рацию и повернулась обратно к Ливии, Эду и незнакомцу, будто ничего не произошло. Только в ее глазах читалось знакомое всем напряжение вечной войны. Ливия еще впервый раз удивилась, что город стоял нетронутый — будто апокалипсис прошел стороной. Она замерла, вглядываясь в чистые тротуары, в тишину, которая не была мертвой, а лишь… стерильной. Как будто здесь не было ни эпидемии, ни хаоса, поглотившего остальной мир. Теперь она понимала, почему. Нева — врач, привыкший к безупречности. К порядку. К контролю. И её город был отражением этого: ни пылинки, ни пятна, ни одного трупа на улицах. Чистота — это не следствие отсутствия смерти. Это следствие её идеальной утилизации.

— Ну так что, Ливия? Бункер?

Она прервала ее размышления.

— Похоже, у нас есть дела поважнее уборки трупов.

Ливия с радостью начала описывать бункер – герметичного, с запасами лет на десять, системами очистки, даже гидропонными грядками. Глаза ее горели надеждой, когда она сделала предложение:

— Места хватит на всех! На вас тоже! Вы должны ехать с нами, Нева. Ваши люди. Это безопасно! Настоящая безопасность!

Нева слушала молча. Дым от сигареты струился в сторону Балта. Когда Ливия закончила, Нева медленно, с ледяным презрением, провела взглядом по зданию госпиталя, по остальному городу за ним, и наконец – по лицам выживших. Ее голос, когда она заговорила, был как скребок по ржавчине, резкий и безжалостный:

— Сидеть под землей? Как кроты?

Она резко фыркнула, выдыхая струю дыма.

— Пока мир гниет сверху? Пока банды вроде той, что во главе с Тони или Коммендантом, делят то, что осталось?

Она ткнула сигаретой в сторону Пальмонта.

— Мы тут. Наверху. Мы строим. Мы держим границу. Мы растим еду. Не в консервных банках, а на земле!

Она сделала шаг вперед, ее глаза, узкие и острые, впились в Ливию:

— А вы что? Просидите там? А потом что? Вылезете, когда припасы кончатся? Когда банды этих уродов окрепнут настолько, что просто так место не дадут?

Голос ее зазвучал с горькой, циничной издевкой:

— Пойдете вымаливать у них миску баланды в обмен на… на что? На ваши медицинские навыки? На ваши гидропонные огурцы? Они возьмут что захотят. И вас – тоже. Как скот. Или как развлечение.

Она отшвырнула окурок, раздавила его каблуком с такой силой, будто давила саму идею.