Книга Вирус Aeon. Нева, страница 181 – Татьяна Кравченко

— Ночью — ни шага, — она ткнула ножом в сторону коридора, где тени от коптящей лампы плясали зловеще.

Приказ. Границы. Её мир, её правила. До рассвета. Потом – их пути расходятся. Возможно, навсегда.

Она развернулась и вышла, её плащ шелестел, как крылья ночи. Завтра – шахта «Чёрный шмель». Уголь. Тепло. Ещё один шаг против вечной зимы. А Вантаун… Вантаун подождёт. Как и солнечный свет на крыше проклятой лаборатории.

Утром рано, едва забрезжил рассвет, Сет и Балт зашли в кабинет Невы. Вопрос висел в воздухе: отпускать ли чужаков? Раньше они никогда так не делали. Никогда.

Нева, уже одетая в потертый полевой костюм, поправляла ножны на бедре. Говорила жестко, глядя куда-то мимо них, в окно:

— Раньше группы приходили грабить и убивать. Поэтому – война. Эти… другие. Не только взяли, но и дали взамен. — Она резко повернулась к ним. Глаза были холодными, но в глубине горел расчетливый огонь. — Надо иметь не только врагов, но и друзей в этом гребаном мире. Думаю, мы с ними еще встретимся. Мир стал тесным. Очень тесным.

Балт кивнул, почесывая щетину:

— Вроде этот Эд… не плохой парень. Делали с ним машину. Я как полицейский чую за версту – жизнь потрепала его, но не озлоблен. Не крыса.

— Балт, проследишь, — скомандовала Нева. — Поедешь за ними. Паси их. Убедись, что уехали. По своим «неотложным делам» подальше. Те двое еще слабы. Одна Ливия в бою… Опасно.

Она полезла в глубокий карман куртки, вытащила амулет – потрепанную кроличью лапку на грязной веревке. Где взяла? На вылазке? В каком-то разграбленном доме? Уже не помнила. Сунула Балту в руку.

— Передай Ливии. На удачу. Сет скажи Габриэлле – пусть соберёт им еды. Нормальной. Не тухлятину. Еще раз съедят фасоль – навряд ли найдут еще такое место, как наше. С лекарствами. Превратятся в мертвяков от голода. — Ее голос стал опасным, как шипение змеи. — И да… Передай им. Пусть забудут это место. Скажут кому, найду – кишки спущу. Лично. Через задницу.

Сет и Балт переглянулись. Они отправились проводить чужаков… Или гостей? Или… новых друзей? Вопрос витал в пыльном воздухе.

Нева и остальные отправились на шахту. Лето только началось, солнце едва пригревало, но надо было заготовить уголь на зиму. Горы угля. «Если б мы привезли эти чертовы солнечные батареи,» — подумала Нева с горечью, — «можно было бы не заморачиваться. Замерзнуть – быстро.» Но раз уж есть шанс на свет и тепло… Значит, надо забить кладовые особняка и фермы под завязку. Выжить. Любой ценой.

Нева поехала с группой. Но не ради угля. Она ехала, чтобы сходить на могилу к Нику. Ее мужу.

Сначала она подошла к березе. Прикоснулась ладонью к шершавой коре креста. Никаких цветов. Никаких слов. Только короткий, резкий выдох, больше похожий на стон, вырвавшийся из самой глубины сжатого в комок горла.

«Держусь, Ник,» — пронеслось в голове, как мантра. «Держусь. Для них.»

Она провела рукой по холодному, неровному дереву креста, будто касаясь знакомого плеча. Пальцы слегка дрогнули.

— Перезимовали… ничего, — выдавила она, голос хриплый от непривычки говорить здесь вслух. — Запасы подъедаем, но не сдохли. Лето вон какое… За лето вырастим. Надо только землю не лениться ворочать. — Она усмехнулась, горько и беззвучно. — Спасибо старому миру за технику… пока не заржавела в хлам. А кончится топливо… будем вручную землю рыть, да крыс жрать. Если, конечно, эти ходячие их раньше не сожрут, конкуренты грёбанные.