Книга Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины, страница 82 – Ирина Манаева

— Принеси нам что-нибудь вкусное, - говорю с улыбкой, поворачиваясь в его сторону. Он целует меня и уходит, а я остаюсь одна, если не считать Ашкая в моей голове.

«Если я целитель, значит, могу излечить себя?» - интересуюсь у него.

Твоя магия влияет лишь на чужеродный магический поток. Это всё равно, что переливать заражённую кровь, надеясь, что она спасёт. Ты в силах помочь другим, но не себе самой. Насмешка судьбы.

«Значит, совсем скоро, кроме тебя я стану слышать призыв чёрного источника?»

Мы будем сопротивляться, но со временем, если он укоренится, меня не станет. Чёрный цвет всегда поглощает белый. Даже одна капля способна испортить всё.

Если кто-то узнает о моём недуге, меня тут же казнят. Потому что на территории Гоствуда не должно быть инфицированных. Но тот, кто это сделал, будет наблюдать за мной. Не слишком ли много желающих меня убить за такой короткий срок?

Торн возвращается, стараясь казаться весёлым. Но за этой маской спрятано напряжение. Он не желает показывать, что происходит с ним, а я не хочу рушить ту нежность, что сейчас между нами.

— Ответь честно: у тебя есть другая женщина? – спрашиваю, когда мы лежим рядом, касаясь друг друга. - Это не сцена ревности, мне просто нужно знать.

Он замирает на мгновение, а потом приподнимает мой подбородок, чтобы наши глаза встретились.

— Тебе сказал Бард?

— Разве это имеет значение?

Он вздыхает, несколько раз моргая.

— Хорошо, - с чем-то соглашается. – Я расскажу тебе о Глейне.

Внутренне напрягаюсь, пытаясь подавить неприятное чувство, что щемит в груди. До последнего надеялась, что Кайриан солгал. Но теперь есть не просто девушка, а с именем.

— Она дочь союзника императора. Брак был решением совета, не моим.

Не дышу, не двигаюсь, только слушаю, а сердце гулко стучит в висках.

— Значит, она твоя жена? - мой голос звучит ровнее, чем я ожидала, хотя внутри всё сжимается.

— Невеста, мы не совершали обряда. Но он будет формальным, - Торн отводит взгляд, словно боится увидеть мою реакцию. - Я не давал ей обещаний, кроме тех, что вынужден был принять ради сделки. Между нами никогда не было того, что можно назвать близостью. И не будет.

— Ясно.

Он обхватывает мою руку и прижимает к своей груди.

— Глейна ничего не значит для меня, Эйлин. Не хочу, чтобы ты думала, будто моё сердце принадлежит ей.

А кому оно принадлежит? – хочется задать вопрос, но я молчу. Я не имею на это морального права. Тем более, что сблизились мы спонтанно. Только хочется услышать: «оно твоё. И всегда было твоим, даже когда я пытался это отрицать».

— Ты не обязан оправдываться, Кольфин. Это твоя жизнь, и она принадлежит лишь тебе. А теперь, если ты не против, я лягу спать. Наверное, ещё не пришла в себя после событий.

Мы оба знаем, что я лгу. Мы оба понимаем, что у нас нет будущего.

Закрываю глаза и делаю вид, что уже сплю, потому что боюсь услышать ещё хоть одно слово. Но его рука остаётся на моей талии: тёплая и уверенная. И в этом молчаливом прикосновении больше слов, чем в любом признании.

На следующее утро провожаем генерала. Отряд, с которым он прибыл неделю назад, заметно поредел. Они отбывают на рассвете, пока остальные ещё в кроватях, чтобы не привлекать ненужное внимание к Ардосу. Советника выводят в последний момент, и он совсем не похож на того властного и гордого дракона, которого все привыкли видеть. Его волосы всклокочены, одежда местами порвана, а глаза горят безумием.