Книга Токсы академии Акалим. Книга 1, страница 51 – Мария Ермакова

После ужина я прошлась по комнатам одногруппников, чтобы ответить на вопросы, которые они задавали в записках. Идея с записками показалась удачной, и я решила установить на дверях своего жилого блока нечто вроде почтового ящика. Такой, наверняка, можно купить во Фриде, куда мы собирались в выходные. Вернувшись в свою комнату, я приготовила все для завтрашних занятий, потому что знала, что приду поздно и сразу лягу спать. А затем отправилась на «свидание» с дракусем. Купленные на ужине шоколадки лежали в кармане брюк.

Спускаясь по тропинке, я гадала, пришел ли уже Валли? Дракусю сильно не хватало общения, но другим драконам он явно предпочитал людей.

Валли, действительно, уже валялся на песке. Кверху брюхом, раскинув лапы. И храпел, как пьяный стражник. Хмыкнув, села в небольшом отдалении от него, включила фонарик, раскрыла практическое пособие по магиеведению с иллюстрациями, и принялась повторять нарисованные на картинках пассы. Начала с простейших, без применения ладоней и запястий. Сложить кончики большого и безымянного пальца, мизинец отвести под определенным углом… Я тренировала самое простое движение до автоматизма и до тех пор, пока лежащие передо мной мелкие камешки не начали неохотно ворочаться в песке. «У меня получилось! – мысленно воскликнула я, смотря в глаза зверь-океану. – Смотри, я правда могу использовать магию!»

— Вуорк?

Я повернула голову. Оранжевые плошки, похожие на праздничные блюдца тети Алесты, смотрели заинтересованно. Достав шоколадку, развернула обертку и протянула лакомство дракусю. Как и вчера – не в пальцах, на ладони. Напомнила, на всякий случай:

— Бери аккуратно!

Вдруг у маленьких драконов память, как у золотых рыбок, на пару дней? Хотя, судя по интересу, который Валли испытывает ко мне с понедельника, он уже вдвое перевалил этот рубеж.

И тут дракусь удивил меня. Вместо того, чтобы схватить плитку зубами, он протянул лапу и аккуратно взял шоколад. Плюхнулся попой на песок, засунул плитку в пасть и смачно захрустел. Один из когтистых пальцев требовательно ткнул в обертку.

— Это не съедобное, – сказала я. – Бяка!

Однако коготь уже проткнул обертку. Дракусь поднес ее к морде и обнюхал, после чего посмотрел на меня с укоризной.

— Я же говорю, нельзя есть, – я протянула раскрытую ладонь. – Отдай обратно.

— Вуорк!

Золотистая бумажка с эмблемой Акалима вернулась ко мне, и Валли улегся рядом, прикрыв веками теплое сияние глаз. Жар от него исходил, как от печки, но мне это было на руку – накрывшая зверь-океан темнота, шелест набегающих на пляж волн, журчание стекающих с прибрежных камней ручейков и шум ветра не отпускали, несмотря на ночную свежесть, уже отдающую холодом. Конечно, зимы здесь не такие суровые, как у нас в Северной Неверии, но и в утренней свежести, и в ночной стылости воздуха начинала явственно чувствоваться осень, как и в начавших желтеть листьях зарослей жасмина наверху.

Слушая уютное сопение Валли, я сама не заметила, как положила руку ему на голову, а когда осознала, – не стала убирать. Голова дракуся была теплой и гладкой, словно нагретый солнцем камень, ужасно приятное ощущение для ноющих, перетружденных пассами кистей рук. Валли сначала напрягся и перестал сопеть, но я сидела неподвижно, и он успокоился и даже заурчал, словно большой кот. В Замошье у соседей был такой, по кличке Великан – черный, огромный, пушистый, гроза мышей и крыс.