Книга По снегу босиком вместе, страница 174 – Нани Кроноцкая

С этими мудрыми мыслями Венди вытащила из груды счетов, зарисовок и справок, сложенных аккуратно на кухонной полке, большой плотный лист с набросанным простым карандашом то ли планом, то ли рисунком. Присмотрелась к нему и замерла…

Это действительно был план квартиры. Норы, как она поняла очень быстро. Только… в нем аккуратными линиями были размечены контуры детской. С эскизом кроватки, игровой зоной, какими-то лестницами вдоль стены. Все это было эскизами, нарисованными очень детально и такой невероятной любовью, что слезы предательски выступили, и ком застрял где-то в горле.

Повертела рисунок в руках и вдруг вспомнила, что в Норе они были давно, еще до командировки своей на Камчатку. И речи тогда об их браке вообще еще не было. Еще раз присмотрелась внимательно: вот она спальня их, да теперь уже их. Детская отделена только раздвигающейся стеной, рядом душ, и…

И только теперь она поняла: Нора сразу же так и задумывалась. Как гнездо для семьи, их семьи. Все это время он тихо мечтал и надеялся. А она? Как последняя курица Венди порхала не замечая давно всем очевидного.

И теперь…

Положила на стол аккуратно их план на ближайшие много лет, твердо решив заключить его в рамочку и повесить на видное место, скинул с себя новый махровый халатик и решительно в ванну пошла.

— Ветерок? — увидя такую ее на пороге, Лер действительно удивился.

— Ничего совершенно подобного. Диана Каперис, простите, пришла за своим благоверным супругом. Спинку ему потереть ну и… все остальное.

Смотреть как у мужа глаза округлились ей очень понравилось.

Шаг вперед, и дверь за Венди закрылась. Шершавый каменный пол, с канавкой стока в углу, стены из природного камня, никаких этих бортиков человеческих и корыт. И вода льющаяся прямо с потолка, регулируемая блестящим шариком плаваюшим прямо в стене. Красота, именно то, что оборотням и надо.

Скользнув под струи воды Ди прижалась всем телом к огромному, теплому Леру. Как любила она его каждую клеточку, как скучала. По шерстинкам на широченной груди, по смуглой коже. И по поцелуям вот этим, осторожным, как будто не верящим.

— Люблю тебя, Лель. Больше жизни люблю, понимаешь?

Он замер. Потом пальцы левой руки осторожно скользнули по скуле, спускаясь на подбородок, поднимая его. Струи воды вдруг затихли. Венди открыла глаза, встретившись с темных взглядом любимого. Тот самый костер под мшистым пологом древнего лесе: огненные искры на темной зелени, опушенной густыми ресницами. Ди готова была утонуть в них навеки, и не выныривать никогда. Ближе, ближе. Горячие мокрые губы прервали вновь рвавшиеся слова. И только в нее прямо выдохнули:

— Любимая.

Так коротко и так много. Невероятно, зашкаливающе, непостижимо.

Кожа к коже, тепло к теплу, руки вплетаются в руки и нет между ними преград и все, что прожито — лишь пепел.

— Ты уверена? — смог оторваться лишь на секунду, осторожно подхватывая под ягодицы.

— Беременность, — не диагноз, — рассмеялась в ответ, сама к нему приникая. — Просто люби меня и все будет отлично.

И не было слов в этой вселенной важнее сейчас и правдивей…

Жмурясь от яркого майского солнца Фил вышел из круга портала. Собственноручно построенного, между прочим. Не с первой попытки, и не безупречно, но все же.