Книга Единые души, страница 64 – Владарг Дельсат

Действительно, важным было то, что красоту на самом деле оба, как выяснилось, понимали, нужно было только поднять навыки и понимание из подсознания. Тем не менее и Ваня, и Марья отправились на прогулку по самому центру столицы, а рядом шла и Алёна, к виду которой за столько лет народ притерпелся.

Наблюдая за тем, как улыбаются, восторгаясь её внешностью, посторонние люди, Марья чувствовала какое-то тепло внутри себя. Пожалуй, ей очень нравилось то, что она видела, начав понимать, что именно хотела сказать ей царевна Алёна. Иван же смотрел и сравнивал, придя к аналогичным выводам. Теперь нужно было опросить Алёну на тему того, как принято одеваться, чтобы Марья была всегда такой красивой. Хорошо чувствуя, что напарнице нравится то, как на неё смотрят, он хотел сделать так, чтобы эффект сохранился.

Горячо поблагодарив Алёну, Иван да Марья перешли к следующему пункту программы — танцы. Милорада только вздыхала — дети могли точно повторить все па, но не чувствовали танца, не ощущали музыки, отчего в бальном зале казались колдовскими игрушками, зачарованными на точное повторение движений. Вот что с этим делать, она не знала. Пришлось опять к царевнам обращаться.

— Это просто, — ответила ей появившаяся в блюдце Милалика. — Я пришлю кристаллы, а ты им сначала на ночь поставишь, а потом и днём будешь. Сначала поймут колыбельные…

Как это поможет, Милорада не понимала, но послушно сделала, как царевна сказала. Поэтому несколько ночей подряд Ваня и Марья засыпали под тихую, успокаивающую музыку, которая звучала всю ночь, будто прогоняя кошмары. Сны им обоим снились, но в них были добрые, хорошие моменты, а вовсе не космос, не пробитые скафандры и не падающая на поверхность станция. Казалось, эта музыка прогоняет все кошмары, заменяя их добрыми хорошими снами.

— Получается, что-то в ней есть магическое, — задумчиво проговорила наутро Марья. — Но я не чувствую магии…

— Может быть, это не магическая магия, — произнёс Иван. — Надо у мамы спросить, есть ли у неё ещё какая-нибудь «музыка». Надо разобраться.

Милорада увидела, что царевна была абсолютно права — дети заинтересовались музыкой, с ходу попросив ещё. И зазвучали в их комнате мелодии, часть из которых и Милорада никогда не слышала. Звучащие незнакомые инструменты делали музыку грозной, ласковой, нежной или тревожной… Вместе с ней менялось и настроение подростков, начавших постепенно чувствовать суть музыки. И это была ещё одна их победа.

Большой Бал мероприятием был традиционным. Разодетые в красивые, по мнению окружающих, одежды, Ваня и Марья готовились выйти из кареты прямо в бальный зал, начинавшийся сейчас почти у входа. Хода в другие помещения во время Бала не было, потому что Яга жила очень долго и знала все уловки юных влюблённых, не вошедших в пору зрелости.

Зал представлял собой огромную комнату, сравнимую с обзорной галереей станции, где проходили общие построения в мире, которого уже нет. Зеркальная поверхность стен делала зал ещё больше визуально, отчего Ивану пришлось прикладывать усилия для оценки его реальных границ. Играла тихая музыка, успокаивая поднявшееся волнение, цеплялась за его руку Марья, а Милорада с Владиславом шли позади, давая возможность своим детям прийти в себя.