Книга Маленькая хозяйка большого дракона, страница 18 – Нани Кроноцкая, Марианна Красовская

Огромная шестиколесная телега под четверку ломовых лошадей возвышалась перед ней как гора какая-то. Она раньше таких и не видела, пока не заметила на прошлом рынке это помпезное сооружение. Теперь предстояло решить два очень сложных вопроса: можно ли в телегу запрягать дракона и как Гвидона на это все уговаривать.

Он весьма неодобрительно косился на эту ее странную покупку, словно понимал что-то.

Гриня так вообще вчера просто схватился за голову. Бегал, стонал: «пошто деньги потратила, эта зверюга твоя все едино так только до осени!».

Подумаешь, тебя спросить вот забыли!

Пока печалилась, не успела заметить — на колени опустилась тяжелая и чешуйчатая драконья башка. Он стал почти что красивым. Или она уже просто к нему привыкала? Большие пластинки светлой чешуи начинали отливать льдинками, кожа светлела. А глаза очень внимательно смотрели прямо ей в лицо, будто сочувствовали.

— Эх. Если бы ты хоть летать умел… Ну… или седло на себя дал мне надеть. А то кормлю тебя только, а толку-то?

Справедливости ради надо сказать — все последние дни скорее дракон ее прикармливал. Зайцы были жирными и очень вкусными, а шкурки их весьма ценились. Эти хитрые зверьки чуяли людей за версту и не попадались ни в силки, ни в капканы. Как ловил их Гвидон? Никому то не ведомо. Но с тех пор, как она его выгнала в лес впервые, он всегда возвращался с прогулок с добычей.

Дара выгодно продавала свежие шкурки Грине, говоря, что повадились будто к ней зайцы. Видно, ходят смотреть на дракона. Рассказывать парню, что она каждый вечер отпускает белого зверя в их лес, она не стала. Мало ли… ловцы набегут, да и вовсе… Не стала и точка.

Дракон терпеливо смотрел на нее, едва дыша и не шевелясь. Потом тяжко вздохнул, развернувшись у ее ног, и подтолкнул осторожно девушку к своей спине. Она удивилась.

— Шта хочешь, Гвидон? Шоб я села? А ты меня не скинешь вдруг часом? Нет уж, прости, но я тебя покуда боюсь, морда хитрая.

Ушла в дом, вернулась с веревкой. Привязала поводья к ошейнику.

— Ну шо, так поедем? Только уговор: ты идешь, куда я тяну, а я тебя не обижаю.

Дара выразительно притопнула странными сапожками, из пяток которых торчали внушительные шпоры.

Внутренне Гвидон рассмеялся. Глупая девочка. Вся спина его была покрыта панцирем, непроницаемым даже для выстрела пулей. И пусть его форма теперь от боевой далека, но до брюха малышка никак не дотянется.

Молча ей поклонился. В глазах у красавицы блеснул самодовольный восторг. Что же, пусть потешится, правда? Маленькая повелительница большого дракона. Всадница верхом на свирепом ящере…

Опустил свое убогое крылышко лесенкой. Удивилась, но рискнула. Влезла, поерзала задом (отчего у дракона непроизвольно и резко вдруг дернулся хвост).

— Поехали, как там тебя. Но, лошадка?

Дракон громко фыркнул. Придумала тоже, «лошадка».

— Хорошо, милый, добрый дракончик, поехали.

Он достаточно уже окреп, чтобы быть ездовым. Да, в боевой ипостаси Гвидон мог и летать. Но за неимением… будем ножками топать, и резвенько. Очень ему хотелось вызвать восторг у этой девочки. А еще дракон тихо млел от соприкосновения кожи с кожей. Нет, панталоны она натянула, и толстые. Правильно, об его чешую не то что зад, всю разом Дарьяну очень даже можно было стереть до макушки, как будто на терке морковку. Зато щиколотки касались его боков и вообще — девичье тело даже сквозь тряпки эти его обжигало.