Книга Блондинка и Серый волк, страница 69 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Со сделки, моя забывчивая госпожа. Обоюдовыгодной. И губки мне тут не надувай. Условия оглашать, или ты заранее не согласна из принципа?

Даже губки не надувать? А если похлопать ресничками? Не ведется? А если ножки вытянуть, «невзначай» задевая его под столом? Даже не дрогнул. Вредный волчок!

— Рассказывай, и потом сразу к лошади, да?

Волк закатил свои красивые серые глаза, руки сцепил на столе и продолжил:

— Я тебе очень нужен. Тут говорить даже не о чем.

— Да? И как я без тебя обходилась все двадцать с хвостиком лет?

Агата легла грудью на стол, не сводя глаз с разом напрягшегося Рудольфа.

— Наверное, очень страдала, — прищурился морф насмешливо. — Дай угадаю — мечтала и верила. Живя в своем мире, с семьей и друзьями, в достатке и доступе к дорогим артефактам.

Яги его подери! Совершенно вылетели из головы нынешние обстоятельства! Да. Ни семьи, ни друзей, ни магических артефактов. Кроме камня от мага дурацкого, навязанного ей волком браслета, да крохотной серьги в ухе. Ты идиотка, Агата. И скептический взгляд Рудольфа этот неутешительный вывод подтверждал.

Насупилась, прикусила губу. Даже жадный взгляд волка, прикованный к декольте, больше не радовал.

— Зачем я тебе, Руд? И не вздумай отмалчиваться.

— Ты маг, и достаточно сильный. Если честно, я о таких только слышал. Даже того малого, что я видел, вполне хватит, чтобы прикрыть мой серый хвост. У меня тут… возникли некие сложности. Семейные. Не могу говорить, не проси. Тебе эти тайны могут стоить головы.

— Симпатично выходит. Ты — мой оруженосец, а я — твой телохранитель? Роскошно. Сто золотых.

Она думала, он рассмеется в ответ, назовет идиоткой и весело пошутит. А волк молча вынул из-за пазухи увесистый мешочек из дорогой тонкой кожи и бросил на стол.

— Здесь двести. И еще триста даст лавочник по окончанию сделки. Завтра у тебя утром свидание, а вечером мы должны выйти из города. В понедельник вечером лавочник ждет за расчетом. Да, я нанимаю тебя телохранительницей. Соглашайся, котенок. Взамен я беру на себя все твои проблемы. А у тебя их впереди…

Он снова глаза закатил красноречиво. Тут волк прав, и без него ей не справиться. Одна ее течка тигриная чего стоила, если девушка изнасилует мага до смерти, это наверное, будет совсем неприлично, ведь да? А она точно сможет… еще пару дней, и уже запросто. Кстати…

— Волчок, скажи, а браслет этот… он… мне стало немного полегче. Так бывает?

Волк задумался.

— Никто точно не знает всех свойств этого украшения. Всего их двенадцать. Видишь ли: это короли у нас вечные, а королевы весьма… много их, в общем. Бессмертия им не наливают. Вот потому и были когда-то сделаны эти артефакты, охранявшие претенденток на теплое место в спальне его Величества. Поговаривают, будто бы девочкам из хороших семей их надевали с рождения. Болтают, наверное. Если невеста королевой так и не становилась, после ее смерти браслет оставался в семье.

— А этот откуда? Ой, все, не скрипи даже зубами, забудь. Разрешаю тебе помолчать. Все, Рудик, пожа-а-алуйста, я хочу на лошадку! Ты меня утомил. Да, я согласна на сделку, очень люблю золото. Я плачу тебе, ты мне — отличные отношения. Ну что, я бегу переодеваться?

И убежала.

Рудольфу хотелось рычать. Вот правильно говорят: кошки — животные не очень-то умные. В мешочек его она даже нос не засунула, деньги не посчитала, а вдруг там горсть камешков, собранных у дороги? А вдруг он сейчас тот мешочек возьмет и слиняет? Ох, уж эта Агата! Зато грудь очень красивая. И сама… своим каждым движением, каждым поворотом головы, каждым взмахом ресниц она доводила Рудольфа до судорог там… ниже пояса. А уж когда прикусывала белыми ровными зубками пухлую нижнюю губу… Все у него болело и ныло, и даже… ручное вмешательство не помогало давно.