Онлайн книга «Блондинка и Серый волк»
|
А потом со стороны реки послышались странные звуки. Пение? Так себе мотивчик, уныленький, и голоса вот совсем не оперные. Деревенская самодеятельность. Успев это подумать, тигрица аж подскочила от неожиданности, топор схватила и вылетела наружу. А вот и приятель ее хвостатый нашелся. С шальной улыбкой и совершенно пьяными глазами он стоял по колено в воде (к счастью, уже одетый, не в простыне, как она опасалась), а вокруг него кружились абсолютно обнаженные и весьма приятной наружности юные дамы. — Ишь, проститутки, — пробормотала Агата, поудобнее перехватывая топор. — Я не для того мальчишку спасала от патруля, чтобы вы его тут утопили. Прислушалась: какая «чудесная» песенка! — Ты прекрасней всех на свете, Будь же нашим в эту ночь, Приласкаться, обогреться Мы с тобой совсем не прочь. Подходи скорей поближе, Вместе песню допоем… — Оставайся мальчик с нами, будешь нашим королем, — радостно закончила Агата и взмахнула топором. — А ну разошлись, кур-р-рвы, это мой мальчик, я его первая нашла! Русалки (а кто ж еще это мог быть?) изумленно уставились на соперницу, переглянулись и улыбнулись как-то даже похабно. — Ах, красивая девица, Нам в глаза ты погляди, Что ж не хочешь ты делиться? В хоровод же к нам иди. Жадничать, сестрица, стыдно, Хватит мальчика на всех… Агата наморщила лоб, пытаясь вспомнить какую-нибудь подходящую моменту песню, но в голове вертелось что-то совершенно глупое, вроде «Арлекино, Арлекино, есть одна награда — смех» Расстроилась, снова взмахнула топором от обиды. Нет, не бывать ей певицей, придется брать чистой харизмой! Красивые голые девушки (нет, реально красивые, Агата таких встречала только среди бессмертных иных) в количестве четырех штук в ответ клацнули внезапно заострившимися зубами, прекратив свой концерт, а тупоголовый Рудольф распахнул руки и совершенно по-бараньи проблеял: — Красавицы, куда же вы? Не слушайте эту ревнивую вековуху, она вам просто завидует! Я весь ваш, девоньки, предадимся же греху и разврату уже наконец-то! Агата хмыкнула и шагнула вперед с угрожающим видом. А девки, вдруг сообразив, что на их добычу незнакомая им баба претендует всерьез, заверещали и бросились на парня, хватая его за руки да за рубашку и роняя прямо в воду. Лицом вниз. Никак все же решили утопить. Две русалки всеми своими прекрасными телесами навалились на несчастного Рудика, утягивая его в омут, а две, злобно зашипев и съежившись, поползли на Агату, выставив колючие длинные пальцы. На глазах преображались. Длинные густые волосы поредели и поседели, кожа стала тошнотворного бледно-зеленого цвета, огромные глаза, опушенные ресницами, превратились в щелки. Но самое главное — на месте рта у них появились жадные пасти с острыми и тонкими, как иголки, зубами. Вот как, оказалось и у этих хвостатых есть «боевая» ипостась! Век живи — век учись, как говаривал ей мудрый папа. — Фу, некрасивые, — сказала Агата. — И вообще я тоже умею когти отращивать. Так не отдадите мне мальчика? Ну, сами виноваты. Рудик, фас! В смысле — МУТАБОР! О, какое чудесное она знает заклинание, вы только поглядите! Там, где за миг до этого булькал парень, вдруг вода забурлила, зашумела — и выскочил на поверхность совершенно замечательный волк: огромный, красивый, сильный и очень-очень сердитый. |