Книга Блондинка и Серый волк, страница 116 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Вы тоже, конечно, покидаете нас, баронесса?

Бабуля отлично держалась. Хотя по все еще багровым щекам и круглым глазам было ясно: потомок своими внезапно открывшимися магическими способностями произвел на нее неизгладимое впечатление. И судя по тому, что Алеся и вовсе нырнула юркой рыбкой под стол — таланты Рудольфа покорили всю присутствующую аудиторию.

— О, нет, — сахарно улыбнулась тигрица. — Во-первых, я так и не пообедала. Знаете ли, проголодалась зверски. Во-вторых… Мне сейчас кажется, что пришло время женских бесед по душам, как считаете, драгоценная сьерра Лукс?

Быстрая и решительная дуэль огненных женских взглядов, и бабуля снова оскалилась. Кого она хотела испугать? Тигриные зубки куда как длиннее. А когти… Положив преображенную лапу на стол, Агата с хрустом вонзила острые когти в столешницу, наслаждаясь разом вытянувшимися лицами.

— Эм-м-м… Признаю вашу правоту, любезная сьерра Агата. Зовите меня просто Марфа.

Не сводя глаз с тигриной лапы и невольно ежась, бабуля кликнула пару мальчишек. Немедля к столу принесли кучу широких блюд с аппетитно пахнущей снедью, пузатый прозрачный графин с темно-бордовой наливкой, большой поднос с пирожными и даже фрукты.

Мысленно прося прощения у голодного Руда и втайне надеясь, что адрес той самой кладовки, в которой хозяйка ночами подкармливалась, ему тоже отлично знаком, Агата медленно и даже с наслаждением жевала вкуснейшее мясо. Повар в этом доме был выше всяких похвал. Бабуля тоже молчала, поглядывая на сидевших с ней за столом Агату и напряженно сопевшую и кривившую тонкие губки Алесю.

«Пастушке» явно хотелось сейчас много чего сказать, но, бросая боязливые взгляды на баронессу Лукс, «невестушка» только пыхтела. Тигрица начинала скучать. Вкусно, конечно, но как-то… уныло. Где мордобой? Где, скажите, эпические сражения? Даже ненормативная лексика, и та отсутствует! Пора шашкой махать…

— Итак, еще раз позвольте представиться для тех, кто опоздал: баронесса Гессер, возлюбленная и личная телохранительница Рудольфа.

Уловив легкий скепсис в выражении лиц милых дам, Агата движением пальцев зажгла огонек в левой руке. Не отводя взгляда от приподнявшей правую бровь бабули, мысленно приказала наливке разлиться по тонким хрустальным фужерам и кинула в рот крупную виноградину. Огонек превратился в прозрачную льдинку, небрежно и с легким звоном опустившись в ее бокал. У бабки поползла вверх и вторая бровь.

Собственно, ничего особо эффектного Агата наколдовать и не могла. Не разносить же ветрами столовую? Можно было еще вызвать потоп и сжечь дом. Но это уже по результатам переговоров.

Дамы снова молчали. Пришлось продолжать:

— Собственно, мы сюда к вам явились по важному делу. Волкам нужен Рудольф, Рудольфу нужно кольцо. Вот такая странная неожиданность.

— Ни-за-что. Пусть женится, делает мне ребеночка, и только после подумаю. Ишь! Я честь свою берегла, все… — тонкие губки поджав, Алеся снова преобразилась, приняв образ прожжённой блондинки.

— Качество снадобий от брюхатости делает честь твоей двоюродной бабке Алене, а не тебе. Повезло еще, что Василисе не доложили. Но я бы не расслаблялась, красавица. Дочь моя их тоже пила, теперь видишь вон… результат. Телохранительницей обзавелся, наследничек. Ваше здоровьице, девочки.