Книга Сваха? Нет, психолог, страница 9 – Елена Саттэр

— А Изабелле как говорить будешь? Любимой своей вдовушке.

— Да, боюсь, ей уже доложат, в лицах продекламируют – он скривился.

Стою, думаю:

— Как интересно. Наличие любовницы меня вообще не задевает. Ну есть и есть. То ли я после сестры кольчужкой обросла, то ли потому, что к муженьку чувств нету.

Завели меня в комнату зеркальную – раздели. Смотрю на себя любимую, к новому облику привыкаю. В принципе похожа, по ночам в зеркале своего отражения пугаться не буду.

Притащили платьев готовых. Подгонять.

— Уважаемая,- говорю, - главной – мне, пожалуйста, бумажку с описью и ценой напишите, с собственноручной подписью.

Начинаем готовиться к отдаванию долгов.

Интересно, а ему платьями и трусами вернуть можно будет? И будут ли учитываться износ? Или оформят арендой? У кого мне спросить? Юрист нужен будет. Ну это я тогда там, куда меня сошлют, выясню.

Потом отвезли в другой магазин. Украшения прикупили, три комплекта, хотя попробовала мяукнуть:

— Да не надо. Что вы, право.

На что меня так посмотрели, опять дёргающимся глазом. Поняла, какая- никакая жена и по ней и о муже судят.

Следующая остановка подразумевала уже ночёвку. Дом родной, на одну ночь.

И опять приятель с улыбкой в тридцать три зуба руку подал, а Кай, мой благоверный, вперёд ушёл.

Вхожу. Там уже слуги выстроились. Ошарашенные мягко сказать. Дамочка неизвестной породы на шее у моего благоверного висит, слезами сухими рубашку орошает. Хотя почему неизвестной! Таких пруд пруди. Быстрый цепкий взгляд голубых глазок в мою сторону. Раздражение, злость, зависть – вот что я в нём считала. Блондиночка затрясла кудряшками, ротик сердечком сложила и издала долгий звук на высокой ноте:

— И- и- и- и- и- и- и- и- и.

Феликс закашлялся и говорит:

— Ладно, пойду я.

И ушёл. А я стою, глазами хлопаю, не знаю, что делать. Кай на меня обернулся и опять с такой злостью на меня глянул. Слугам процедил:

— Госпоже покои приготовьте гостевые. Она на ночь только у нас. И да, исполнять, что прикажет.

Тяжело вздохнул и добавил:

— Жена она моя. Теперь.

Дамочка усилила децибелы горя. У меня уши начало закладывать. Бежать надо.

Я, копируя улыбку Феликса, посмотрела на самого старшего из персонала. Угадала правильно.

— Пойдемте, госпожа…

— Люси. А вас, как звать, величать?

— Курт, госпожа.

— Счастливо вам отношения выяснить, – помахала я Каю. Тот рожу страшную скорчил, потому как любовь его на ухо ему уже ультразвук включила.

Нет, зря я, он меня всё- таки от петли да от герцога спас, поэтому умеряем пыл. Оглохнет же.

А снизу донёсся визгливый голос:

— Кай, как ты мог! Я тебе верила! А ты женился на… этой.

— Изабелла, милая моя, Луи довёл, и я вспылил.

Я переглянулась с дворецким:

— Жаль мужа. Любовница у него, смотрю, с норовом.

Курт аж закашлялся от неожиданности.

— Постучать? – заботливо поинтересовалась я.

Тот помотал головой.

— Скажите мой любезный друг, а что у нас насчёт покушать?

Дело к вечеру идёт, а у меня крошки во рту не было, исключая пожертвованные, как последний ужин сухарики палача.

— И ещё поинтересоваться хотела, любовница у нас столуется? Или дома изволит кушать? Если у нас, тогда я у себя в номере поем, чтоб идиллию примирительную случайно не нарушить.

Курт захлопал глазами и лихорадочно замотал головой: