Книга Я бегу по снегу босиком, страница 120 – Нани Кроноцкая

— Вот представьте себе: живете вы, в ус не дуете. Перспективы, наследство, всякие планы на жизнь. А тут бах, и престарелый папаня приводит в семью жену, взрослого сына с невестой и говорит: — знакомьтесь, теперь это наследник.

— Все, конечно же, были в восторге. — Венди себе очень ярко представила происходившее. Волки с их вечным пафосом и брутальностью и такой вот, простите, облом.

— Да. А наследник еще и женился быстренько, на красавице — дочке из клана румынских волков. Истинной, что характерно. И долго не стал в ящик откладывать вопрос о наследнике, родив себе сына. Внука Буре — старшего. Все, занавес.

Лер вспомнил, с каким скорбным лицом ему рассказывали эту оптимистичную, в общем историю. Сыновья альфы были молниеносно отодвинуты на периферию, лишены всех надежд на наследство и лидерство.

— Когда Александра Буре — младшего нашли в бассейне с перерезанной глоткой, подозреваемых было немало. Да вот незадача — рядом валялась его жена, смертельно пьяная и с ножом в руке.

— Ревность?

Для волков это чувство частенько было двигателем преступлений.

— Кто знает теперь… — Лер задумчиво наливал Венди кофе. Ночь не обещала быть легкой.

— Она кормила грудью младенца тогда. И этот факт никто не учел. Зато показаний от клана Буре на стороне обвинения было достаточно.

Сидевшая рядом задумчиво Люся впервые подала голос. Резонная очень поправка.

— Людмила — Ди развернулась к коллеге, — а что там Тимошкин?

— О! Прелюбопытнейший фрукт. Он был поваром в психиатрической клинике, куда разместили Диану Буре. Жену Александра, вдруг ставшей вдовой. Ее признали тогда невменяемой. Потом ушел на пенсию и поселился здесь, в «Лунном доме». Он очень слабенький маг-бытовик. Носил весточки старикам от невестки. Мне рассказал, что Диана оттуда сбежала, была даже здесь, он сам ее видел недавно.

Ди мучительно пыталась свести воедино этот запутанный узел. Клан, наследники, жены ревнивые.

— А наследник-то где?

— Как сказал нынешний лидер — Борис Александрович Буре, с момента гибели младшего Александра и ареста Дианы никто младенца не видел. В полицию не заявляли, чтобы не привлечь дополнительное внимание к клану. Я так понимаю — приложили немало усилий для того, чтобы про ребенка все быстро забыли.

— Ничего себе. И дело не было возбуждено? Ребенок вообще-то пропал, гражданин, не лопата. Я дурею, простите, от этих их правил жизни. Какая-то банда.

Люся пожала плечами.

— Кто-то там говорил мне, что дело раскрыто. Не вижу. — Ди недовольно бухтела. Ее раздражало это нагромождение фактов, так плохо стыковывавшихся. Еще и пропавший младенец.

— Я говорил. Люся даже нашла его, младенца пропащего. Вполне жив и жизнью доволен. Осталось понять, отчего умер старший, и кто убил эту Диану. Ставлю на Бориса, скорее всего он и брата зарезал тогда.

— А мотив? Погодите, Диану убили? Когда, где?

Ди вдруг захотелось встать и выйти порталом подальше отсюда. Так странно. В их прошлой истории с кубами были: грязь, похоть, простые, как палка, мотивы и преступления. Враг и противники. Задачи и оперативное реагирование: нашел — догнал — победил — наказали.

А тут… она ощутила себя остро мухой, барахтавшейся в паутине. Как жили во всем этом волки, годами играя бездарные роли? Трясина.

— Власть, деньги, активы. Зависть, возможно и месть. Все, как обычно. Слабость. Последний мертвец в нашем деле Диана и есть.