Книга Я бегу по снегу босиком дальше, страница 97 – Нани Кроноцкая

Ничего нового, все, как везде. Только в условиях Елизово приходилось взлетать несколько более круто. Нависающие над аэродромом вулканы нее давали пространства для неспешных маневров.

Маленький Канин, в жизни своей поведавший огромное количество разных магических чудес, да и сам бывший чудом, сидел и смотрел завороженно.

Развернулся к отцу.

— Папа, а я могу тоже быть вертолетчиком?

Канин удивился. Это все равно, что птице вдруг захотеть полетать на дельтаплане или самолете. Задумался, прежде, чем сыну ответить.

— Если ты найдешь в этом смысл. Бессмысленно занимать вертолет просто глупо.

Ну конечно. Водивший ночами московский трамвай величайший бессмертный ведун современности не мог бы ответить иначе. Ладон усмехнулся. Пойти что ли ему в трактористы? Не получится. Надо быть Пашей, чтобы настолько спокойно воспринимать весь этот странный мир. Вот уж кто действительно «ящер».

Летели чуть больше двух часов, любуясь на сказочные красоты уже по-настоящему осенней Камчатки. Длинные белоснежные языки снега медленно сползали с горных ребер вниз, к океану. Скоро круглые макушки сопок тоже поседеют, а потом наступит бесконечно-долгая Камчатская зима.

Под брюхом вертолета извивалась полноводной жилой главная местная река — тоже Камчатка.

Валентин развернулся к Канину, махнув рукой куда-то направо и прокричал:

— Там! Все там!

В указанной стороне возвышались величественные конусы огромных вулканов. Целый ряд, они словно бы нависали над этой землей, паря в воздухе.

Вертолет же сделал поворот в другую сторону, снижаясь в долину реки.

Навигатор любезно показывал точку посадки: «Урочище Ушки».

И уже через пятнадцать минут вся группа, немного оглохшая и слегка укачавшаяся, выгружала свой нехитрый скарб на бетонные плиты посадочной площадки.

Раздавшийся телефонный звонок отчего-то рванул всем по нервам, как громкий взрыв.

Линкс нажал клавишу приема сигнала на своем стареньком инофоне, молча выслушал говорившего, резко изменился в лице, лишь ответив:

— Заправляемся и скоро будем. Координаты кидай.

Произносить что-то вслух никакой нужды не было. Четверо взрослых людей и ребенок стояли на бетонной площадке оглушенные и обездвиженные.

— Не нужен вертолет. Пойдемте, я знаю, куда.

Голос мальчика прозвучал неожиданно громко и… взросло. Невысокий и тонкий, как будто молодая осинка, он стоял и смотрел строго на них. Огромные темные глаза, скорбная складка губ, нахмуренные светлые брови. Сжав кулаки он стоял и молчал, ожидая ответа.

— Павлик, — подала голос Люся — ты уверен? Ты же не видел их. До сих пор.

Отец мальчика шагнул было к нему, но тот отступил, поднимая ладони в запрещающем жесте.

— Я звал и искал ее. Живую. А она умерла, совсем умерла, понимаете? Идемте, я приведу вас к ее телу.

Сказано это было тихо, но такое отчаяние было в голосе мальчика, что стало понятно: он не отступит. Уйдет сам, не оглядываясь, не остановить его никому.

— Идем. Мы с тобой. Только не надорвись. — Ладон сделал шаг вперед, протягивая ему крепкую руку.

Тот смотрел на нее, словно не веря, будто бы он не ожидал от иных, его окружающих, понимания. Подошедшая к ним близко Люся положила руку ему на плечо, пожимая. Мальчик подал руку дракону, поднимая глаза на отца, словно окаменевшего.

Безмолвный диалог между ними читался на выразительных и красивых лицах этих иных. Для обоих мужчин рода Каниных их любимая женщина умерла только что. Надежды все рухнули. Шаг вперед, и прикрываемый со спины Корвусом великий и легендарный ведун Павел К. ступил в стремительно разрастающийся портал могущественного проводника — его сына.