Книга Я бегу по снегу босиком дальше, страница 41 – Нани Кроноцкая

— А кстати, я все никак не пойму этой логики. — Ди удобно устроилась у невозмутимого Лера на могучих коленях и рассматривала кухню Вурусов. — Вообще этого дома. Откуда берутся продукты? Как выпечка оказалась сейчас в духовке? Это ведь какая-то уж совсем примитивная магия, верно? Если цикл прерывается неисправностью.

— Помните, виртуозно исполненные механизмы в духе стимпанк? Простое знание законов физики, ювелирное исполнение и как результат — шедевры техники на пружинном или паровом ходу. Здесь нечто подобное. У нас есть… была гениальная изобретательница, это ее произведение.

— Неужели никаких высших материй?

— Набор артефактов, простейшие заклинания, выстроенные в сложный цикл. Сломать это почти невозможно лишь небольшие поломки, которые дом скоро исправит самостоятельно, а самое главное: не нужно быть магом, чтобы все это использовать. Система как бы живет своей жизнью, подчиняясь хозяевам. Заказывает сам продукты, пополняет запасы, контролируя их качество и сроки годности, следит за порядком, сама готовит, я лишь формирую меню, сама следит за гардеробом и чистотой в доме.

— Изумительно. Это же… я видела только отдельные магические устройства, но не целые законченные системы, существующие автономно. Это же… просто Клондайк. Изобретение ведунов?

У Венди даже глаза загорелись.

— Нет, представьте себе, автор этого чуда морф. Была. Это единственный образец.

И Ольга отвернулась, доставая из духовки их завтрак и выкладывая его на большое круглое блюдо. Так она явно дала им понять: разговор, для нее неприятный, продолжать с ними она не намерена. Ди притихла.

Неловкую паузу оживлял лишь грохот налетевшего вдруг проливного дождя по ребрам крыши.

— Пойду проверю системные неисправности, это там, наверху. Приятного завтрака. Если еще что-то понадобится, просто позовите систему, его зовут ЛУ.

Лер поперхнулся.

— Он азиат?

— Это аббревиатура имени его создательницы. Хорошего утра.

Хозяйка быстро развернулась и удалилась.

Ди вопросительно взглянула на Клавдия. Тот пожал лишь плечами, вгрызаясь в изумительно пахнущий мясной пирог.

Что же, пришло время дела.

«Ты только та, что здесь сейчас, сегодня, сегодняшняя ты.» (Р. Брэдбери)

Тепло, уютно и тихо. Вот сухо не очень. Открывая глаза, Марго ощутила, как струйка холодной воды стекала по спине строго между лопаток. Прямо перед лицом тихо сопела белая чешуйчатая стена. Очень красивая, надо заметить: каждая чешуинка была не только ослепительно-белой и многогранной, они все отливали драгоценной россыпью. Кожа между чешуйками была тоже белой и очень горячей.

Не удержалась, погладила, вызвав глубокий и протяжный полувздох — полустон.

— Маленькая, как ты там?

Голоса слышно не было. Эти слова словно всплывали в сознании сами, как сны или видения. Никогда еще Маргарита мысленно ни с кем в диалог не вступала. Только с собой. И как ответить ему?

Вокруг нее была не палатка, как ей показалось в первые мгновения после пробуждения. Кожистые складки крыла, толстые, теплые, бархатистые укрывали косатку со всех сторон. Разбудившая ее так предательски влага просочилась где-то в районе… локтя крыла.

Вдруг крыло приоткрылось, впуская в свое теплое укрытие колоссальную морду дракона. Марго только ахнула. Та же искристая чешуя, какие-то выпуклые наросты на морде, плавные линии и изгибы. Конец морды похож был скорее на клюв. Глаза полуприкрыты тяжелыми веками. И пах он восхитительно: все тем же солнцем и летом. Провела осторожно рукой по чешуйчатой морде и выдохнула: