Книга Сказки для взрослых, страница 186 – Любовь Негодяева

— Мой мудрый дракон, - по-кошачьи потираюсь о его плечо и протягиваю кисть, - я согласна на всех троих.

— Ты не пожалеешь, - звучит дрожащий от волнения сочный баритон. Изумительный старинный перстень скользит на безымянный пальчик и яркой вспышкой сообщает о заключении помолвки.

— А где остальные кольца?

— Вот. Подержи в ладонях. Почувствуй их мощь и постарайся определить тот, что хочешь видеть на моей руке.

С улыбкой разглядываю изумруд и понимаю, что его будет носить эльф. Сапфир напоминает озорные глаза ирлинга. А рубин буквально просится к представителю огненного клана. Поэтому моментально занимает свое законное место и подмигивает Коррину.

— Когда мы сможем увидеться?

— Я передам ребятам артефакты, и ты ощутишь волну исходящего от нас тепла. К сожалению, завтра состоится вылазка во владения Женевьевы дин Раззи. Нужно обелить имя Фабиана. Доказательства невиновности собраны, но старая перечница ведет какую-то игру. До свадьбы нужно вывести ее на чистую воду. После этого мы официально прибудем в Гномвиль в статусе женихов. Дождешься?

— Да, - тяну с мечтательной улыбкой.

— Еще не улетел, а уже скучаю, - жадно оглаживает мое голенькое тельце и дрожит от возбуждения. – Еще немного и хваленый самоконтроль полетит в бездну. Люблю тебя.

Вскакивает. Разбегается. Спрыгивает с крыши и через долю секунды взмывает в небо.

— До встречи! – машу вслед багровому дракону, а потом замираю, прижимая ладонь к зацелованным губам.

Судья Коррин арт Фарро

Держу в руках обретенное сокровище и сгораю от вожделения. Я не озабоченный юнец, но невеста чудо как хороша в этих бесстыжих клочках ткани, будоражащих воображение. Зверь оглушительно ревет, требуя схватить, утащить в пещеру, разложить на горе золота и присвоить. Желательно несколько раз подряд. Потом подлечить, искупать, накормить и вновь приласкать.

Дракону очень тяжело. Лизнул кровь и запечатлелся. Привязка крепко держит за поводок и выкручивает жилы, требуя постоянно находиться поблизости. И не просто рядом, а в ней. Ворваться в целомудренную узенькую глубину. Наполнить горячим семенем. Пометить. Чтобы все видели – это моя драгоценная девочка.

Член колом стоит в мокрых штанах. Разрядка немного смягчила бушующее пламя, но заставила грезить о большем. Сладкий туман застит глаза. Тело звенит от напряжения. Ладони оглаживают округлые бедра, сочную грудь, точеные плечи, хрупкую шейку. Тонкий цветочный аромат кружит голову похлеще тетушкиной настойки.

Надо уходить, иначе поддамся грешному зову, опутывающему сознание дурманящими флюидами. Приятно чувствовать, что признан желанным самцом и невольно поучаствовал в пробуждении эллийской сущности.

Теперь понимаю парней, женившихся на высокородных девах. Вьются рядом с супругами. Не оставляют ни на минуту. Сходят с ума от переживаний. Накладывают на семейные гнезда мощнейшую защиту. Постоянно тянутся к округлившемуся животику возлюбленной, чтобы пообщаться с растущими малышами и подпитать силой.

Мысли о детях рвут остатки самоконтроля в клочья. Сжимаю челюсти до зубовного скрежета. Заполошно дышу. Отчаянно борюсь с низменными инстинктами. Скомкано прощаюсь и удираю со всех ног. Потому что иначе посвящу вечер и ночь зачатию наследника. Или лучше наследницы?

Представляю крохотную доченьку в розовом платьице, бегающую по сокровищнице. Нет. Малютке будет одиноко. Нужно хорошенько потрудиться и заделать сразу двух. И братика, чтобы защищал.