Книга Попаданка для Лорда-Дракона, страница 79 – Тоня Рождественская

— Да? – спрашиваю я вполне мило.

Не хочу быть жесткой и мучать этого человека. Да, он, конечно, изрядно бесил меня все это время, но все ведь закончилось хорошо? Да и настроение у меня слишком прекрасное, чтобы портить его старыми обидами.

— Вы не могли бы пройти со мной? – спрашивает он осторожно.

— Зачем это? – сразу напрягаюсь я. – Я все еще под подозрением?

— Ах, ничего такого, не подумайте! – тут же объясняется он и для большей проникновенности своих слов добавляет достаточно глубокий почтительный поклон. – Приношу вам свои искренние извинения за досадную ошибку, которую мы совершили в отношении вас в этом сложном и запутанном деле.

Я снисходительно киваю, но все еще смотрю на него с легким прищуром.

— Видите ли, – продолжает Бруенор. – У нас есть непреложный закон о том, что любому заключенному полагается последнее желание.

— И?

— И леди Крон де Фелл настоятельно просила о встрече с вами, прежде чем ее переведут в королевскую тюрьму…

— Зачем этой стерв… этой, кхм, даме нужно видеть меня?

— Не могу вам сказать, однако, нижайше прошу, чтобы вы согласились навестить ее прямо сейчас.

— Прямо сейчас?! – восклицаю я. – Но сейчас будет финал!

— Прошу прощения, леди Энгрин, но, боюсь, другой возможности не будет, потому что ее переведут в самое ближайшее время, – извиняется инспектор. – К тому же это близко, да и не должно занять много времени. Так что я полагаю, что вы обязательно успеете непосредственно на сам финал.

Недовольно закатываю глаза. Что еще задумала эта мерзавка?! Глаза мои ее бы не видели, но все-таки стоит узнать, что именно она от меня так сильно хочет. К тому же будет возможность поиздеваться над ней, сидящей за решеткой.

— Ведите, – соглашаюсь я, не ведая, что совершаю большую ошибку…

— Маленькая племянница знаменитого генерала, – говорит Висконсия, как только я вхожу в комнату, где ее держат.

Ее тон весьма неприятен. Приторно мил и отдает затаенной коварной радостью. Не знаю, отчего она лыбится, учитывая ее незавидное положение. Но, в отличии от Бруенора, не собираюсь ее недооценивать. Так что осторожно подхожу к клетке и встаю так, чтобы у нее не было возможности до меня достать.

Старшая Крон де Фелл, похоже, видит мою настороженность, потому что демонстрирует магические кандалы, как бы показывая, что безопасна.

— Что тебе надо? – наконец спрашиваю я, не желая тратить на нее времени больше, чем этого требуется. – Зачем ты послала за мной?

— Мне? Да ничего такого, – беззаботно отмахивается та. – Всего лишь хотела посмотреть на тебя еще раз.

— Посмотрела? – спрашиваю холодно. – Ну и отлично, счастливо оставаться.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, и до меня доносится нечто непонятное.

— Ab igne ignem ab incunabulis…

— Что? – хмурюсь я.

— Так это все-таки правда?! – восклицает она чрезвычайно довольно и таинственно повторяет. – Ab igne ignem ab incunabulis.

— О чем ты вообще?

— О чем? – хохочет женщина. – Да так, всего лишь повторяю девиз нашей Академии, в которой ты, кажется, была одной из лучших учениц?!

По телу пробегает дрожь чего-то нехорошего.

— Но, похоже, Адель Энгрин не помнит того, что должна была бы знать на зубок? – коварно улыбается Висконсия. – Или, вернее говорить, не знает?

Молчу, потому что сказать мне, если честно, просто нечего.