Книга Баба Яга против!, страница 57 – Кейт Андерсенн

— Нет, — испугалась Мира, — не пущай меня никуда! Я... я к Ясе должна вернуться...

— Куда Яся пропала?

— Она... на работу пошла... Тебя предупредить просила...

— Работу?..

— Это служба такая у нее, — отозвалась Кикимора, руку поднимая, как школьница, — гастрономия называется. Фрукты заморские, вот этот... кофе и шоколад.

— О, — сказала Золотая Рыбка. — Я тоже службу такую хочу.

— Я тебе дам службу! — отвесил Царь Морской ей подзатыльник. — Царевишнам служить нельзя!

— Какой ты зануда, папа... — фыркнула Золотая Рыбка.

— Тс-с! — шикнул Иван на всех божеств сразу, и ухо к избушке игрушечной Тихомиры приложил.

— Это в другом мире, Ваня. Поспешать она должна была на службу, и кошку Мег домой доставить, и фруктов заморских для Кикиморы привезти... Она тебе вечером сегодня сказать хотела, а дверь едва затворилась за нею, хлопнула, так флигелек мой упал, и все пропало... А я спала, измученная, и не заметила.

Тихомира снова заплакала.

— Яся меня спрашивала, где я, а я не знала. Теперь знаю. В этом флигельке. А мне так нравилось избушкой двига-ать...

Иван хлопнул себя по колену.

— Да сказала бы, вместе бы все сделали! И за фруктами заморскими за море поплыли бы, коли надо! Не плачь, Тихомира, избушку я поставлю новую. Было бы о чем плакать. И Ясю мы отыщем, вот те крест.

Золотая Рыбка на Ивана-дурака посмотрела с восхищением. Вот бы и ее кто так любил, что хоть на край света. А и за край — пойдет. И колебаться как волны не станет.

— Если тебя к другому дому привесить, сможем мы до Яси добраться? — спросил Иван.

Тихомира сжала губы тонкой линией и тряхнула головой.

— Наверное. Но тогда это будет не ее дом, а я стану душой того дома, в котором вы меня поставите, и похожа буду на хозяина этого дома, и будет это не Яся, и я не я, и я не буду уже Тихомирой.

Стиснул зубы Иван. Значит, Тихомира вернуть Ясю не поможет.

— Так беды-то, — пожала Золотая Рыбка плечами и стащила у растерянного отца с вилки пельмень. Уже тридцатый, наверное. — Зато Ясю вернешь.

— Нельзя, Золотая Рыбка, — упрямо повторил Иван. — Нельзя счастье на чужом несчастье строить. Тихомира — мой друг, и поселится только в доме, который Ясе принадлежать станет.

Тихомира во флигельке с брильянтом ойкнула, не веря своему счастью.

— Это правда, Иван? Ты... правда так сделаешь? И я — твой друг?

— Конечно, — засмеялся Иван. — Не ты ли о нас заботилась? Диван подставляла, баньку топила, огоньком камина душу грела? Не позволю я тебе сгинуть, Тихомира, даже не думай.

Сунул флигелек Иван в котомку и задумался крепко.

Переглянулись Царь Морской, Кикимора и Леший. И положили каждый на собственный кулак по два пальца свободной руки. Означало это, что они без слов друг друга поняли, что Иван — под их официальной защитой. Вещий Олег в знак солидарности громко каркнул и крыльями взмахнул.

А Золотая Рыбка вылезла на верх овражка. С восторгом прыгала с кочки на кочку, пока отец не выговорил да в море не отправил, ромашки собирала да венок плести пыталась. Видывала она, как девицы земные такое выделывают, ан ничего у нее не получалось. И расстраивалась Золотая Рыбка, и ножкой топала.

Похлопал Леший Ивана по плечу.

— Есть еще одна дорога в мир перевернутый. Далеко за рекой Смородиной в подземной пещере хранится зеркало волшебное. Что попросишь, то оно тебе и покажет. И если приглянешься ему, то и пропустит тебя туда.