Книга Русалочка с Черешневой улицы, страница 50 – Кейт Андерсенн

Эрика там, в конце коридора, окружил восхищенный щебет, а он только комплименты развешивал направо-налево.

— И песни твои послушать, конечно, — сообщил Артем, ревниво поглядывая за Катей. — Не жалко тебе? Принца своего?

Вообще-то, Решку тоже в сердце кольнула обида, но это все слишком иррационально — просто Эрик Солнцев по натуре своей принц, что поделаешь. Да и она ещё не определилась с видами не него.

— Хорошо, что они не знают, что Эрик — пожарный, — хихикнула она, — а то бы вообще на нем висли. Успокойся, Тём… Девчонки вечно так. Сама не знаю, почему.

— Вот-вот, ты-то не такая…

— Ах, Вася, здравствуй! — воскликнула Берестова. — Сегодня у тебя просто аншлаг!

В квартиру ввалилась звезда вечера: Вася Звездный роста был невысокого, но личностью весьма и весьма творческой — даже носил шляпу с пером, чтобы выглядеть еще чуть более сказочно. Свитер под самый подбородок, длинные волосы, заплетенные в замысловатый хвост. Мечтательная улыбка, гитара с кучей наклеек. Он был, разумеется, популярен… в своих кругах.

Он не знал, что сегодняшний аншлаг вышел из-за Солнцева. Но пусть лучше не знает. Вася был товарищем обидчивым и ранимым. Нет, вообще-то, человек из него хороший, да и голос мелодичный; просто Даше не нравился его излишний надрыв — словно театра здесь больше, чем души.

— Здравствуй, Вася, — улыбнувшись, помахала ему Решка.

— Привет, Эйр, — поклонился товарищ Звездный. — Анна, вы сегодня великолепно выглядите — какое платье, настолько в тему!

Из комнаты раздались громкие аплодисменты, народ повалил к коридору — пришел тот, кого они долго ждали. Вася сразу раздал несколько автографов. Эрик со своей свитой подтянулись из кухни, все расселись кто где горазд — подоконник, диван, кресло, подушки, стулья, пол, чьи-то коленки — и… представление началось.

* * *

У них тёплые плечи и гордые речи

Посмотри, как тают свечи в темноте высоко

Где кони крылаты, а ветры косматы

Это всё далеко, далеко, далеко!

Решка в последний раз вывела проигрыш, тронула струны и умолкла. Наполовину опустевшая комната наполнилась аплодисментами, кто-то даже засвистел. Исполнительница раскланялась, пряча счастливую улыбку.

Вася уже удалился, унося восторги и собранные средства, основная часть поклонников тоже распрощалась, поглотив угощения подчистую и от рулона туалетной оставив картонный огрызок; в комнате остались только университетские, пара завсегдатаев да Жорик. Увы, Аверин так и не пришел. И ещё на подоконнике в углу прилип какой-то незнакомый парень в синем свитере с чуть безумным взглядом. Впрочем, он, кажется, был заинтересован Эйр даже больше, чем Васей, так что… пусть сидит.

— А еще я хотела бы вам спеть песню авторства нашего нового друга, — сделала Решка жест в сторону Солнцева. — Она мне понравилась тем, что… порвала сердце в клочья, а ведь в том и есть задача настоящего искусства, — Даша неловко усмехнулась и спела:

Ах, если б ты знала, что такое дом!..

Понять это можно, встретив сильный шторм.

Эрик запунцовел, девочки всхлипнули, Жорик крякнул, парень на окне заинтересовался. Нюрка тоже задумалась, разгладив свое длинное платье на коленях.

— Браво! — воскликнула Катя. — Эрик, это правда ты написал?!

— Ну… — смутился вконец Солнцев и вдруг умолк, впервые заметив парня на подоконнике. Переменился в лице, как тогда, в больнице. Словно сначала не поверил, а потом рассердился.