Книга Русалочка с Черешневой улицы, страница 44 – Кейт Андерсенн

Даша поразилась — даже она, неисправимый заслуженный трагик — никогда не была честна с собой НАСТОЛЬКО.

— Ну, что ты, Эрик… Вряд ли всё так… безнадежно..?

— Ты не понимаешь, Русалочка… — затих Солнцев в глубокой печали, и складка пролегла через весь его лоб под рыжей чёлкой.

Решка резко остановилась в пяти шагах от Черешневой — она знала по себе: собственные страдания — они таковы, что порой их должен прекратить кто-то другой, кто-то, кто сильнее, потому что они — не его. Она сжала кулак решительно:

— Ну, брось! Кто ты такой, чтоб всё было столь ужасно?.. Ах да… ты же не хочешь об этом вспоминать, прости… — вся спасительная речь скомкалась в бесформенную тряпку.

Эрик пожал плечами, шумно вдыхая морозную ночь и изрыгая белый пар.

— Дело не в том — ты всё равно не поверишь.

— Ну, так уж и не поверю..? — прониклась Стрельцова и, пытаясь разрядить обстановку, пошутила: — Принц, что ли?

— А если бы я сказал, что принц, ты бы поверила?

Даша наморщила лоб сосредоточенно.

— Ну, во всем мире королевств сейчас по пальцам сосчитать, и жизнь принцев СМИ бурно обсуждает… Думаю, зови какого-то из них Эрик, я бы знала. Твоё имя ведь не выдуманное?

Эрик рассмеялся и щёлкнул ее по носу легонько.

— Что? — обиделась Дашка, хватаясь за нос.

— Ничего… Просто ты хорошая, Русалочка. Нет, Эрик — имя не выдуманное…

Роксана Жено сняла с верхушки сердца тоскливый аккорд. Эрик прикрыл глаза, и Даша не заметила, как её подхватили за талию, и вот… раз-два-три… — кружат в шагах вальса.

Едва она подумала, что это не дело, и что это опасно, как ни прекрасно… как принц вспомнил:

— Ах, да! Знаешь, а ведь я сегодня… тушил пожар!

— Пожар?! — вытаращила глаза Решка и забыла про неуместность совместных танцев и объятий.

Вот так всегда — чем больше она боится, тем пуще неведомая сила зовёт хотя бы пальцем дотронуться до этого самого страха. Подскакивать, нападать, прятаться, отдергивать руку, но не… убегать с концами.

— В мусорном баке, правда… — повинился со смехом Солнцев, отправляя партнёршу в плавный волчок и принимая обратно в объятия, — но всё ж..!

— Ну и забавный ты… Регенерация, — расхохоталась и Решка. — Пожар в мусорном баке приводит тебя в восторг…

— Сама такая, — передразнил Эрик её в ответ. — Чёрный пруд.

Лёгкий снежок сорвался на непокрытые головы и разгорячённые румянцем лица. Ребята зафыркали от крупных хлопьев, попавших в нос. Телефон умер, и вальс утонул в тишине. Ночь вернулась осязаемой темнотой, приняла их в свои объятия. Эрик поскользнулся, Даша его поддержала, и случился этот фатальный миг — глаза в глаза.

Решка вздрогнула и хотела отстраниться. Но Эрик не пустил, продолжая пожирать её взглядом горящих глаз.

— Не убегай, Решка…

— Я… — Даша сглотнула, — не могу не убегать… Но всегда буду возвращаться… Это… слишком… страшно, Эрик… Можно… я не стану в это пока верить?

— Я тоже пока не могу, — отвечал принц деревянным голосом, — хотя очень бы хотел…

Даша кивнула. Даже в этом они солидарны — ну, разве бывает так? От базилика до потерянного дома…

— У меня так же.

Эрик со вздохом отпустил девушку и поправил ее рассыпавшиеся по плечам кучеряшки.

— Тогда просто будем. Жить.

Решка улыбнулась.

— На Черешневой, 67.

— До Нового года.

— Да… А там — как получится.

Эрик взял её за руку. Решка не была против. И они вышли на Черешневую, и сразу в уши ворвались звуки чьего-то дебоша.