Книга Русалочка с Черешневой улицы, страница 179 – Кейт Андерсенн

— Вам на воротник потом выделаем, — преложил мальчик. — Вы не мерзнете, богиня Дария?

— У огня — нет.

Решка улыбнулась.

— Может быть, вы тогда нам споете? Вы же обещали…

— Ну, почему бы и не спеть?

Поорать хотелось. Но на ом" Брэ — чревато, да и глупо, на Чона и Сома вовсе нечего, так что гитара очень даже кстати.

Первой Даша выбрала песню про плот. Как-то сама на язык попросилась.

Но мой плот, свитый из песен и слов,

Вовсе не так уж плох.

— А правду говорят… — начал Сом, едва песня закончилась, — что у пришельцев не поют песен?

— Сом, — коротко одернул сына Чон.

— Когда-то пели, — отозвался Дерек со своей сушняковой лежанки.

— У нас тоже не поют, — грустно отозвался Сом. И тут же поправил сам себя: — Не пели. Теперь вы поете, богиня Дария. Вы ведь останетесь?

— Я уйду, когда научу петь вас.

Решка подчинилась внезапному порыву и погладила юного боитянина по голове.

— И в королевстве тоже запоют. Я уверена…

— А что это — королевство?

— А что ты знаешь про пришельцев?

— Ну, один, когда попался в ловушку, не умер. Ясвена рассказывала, это когда у бабушки еще не было даже мужа. Его ранило, но не убило, понимаете? И мы случайно его нашли. Так он все шептал что-то про "больше не поют песен".

Дерек резко сел.

— А как его звали?

— Да разве ж я знаю… Даже Ясвена не помнит.

А Решку мучал другой вопрос.

— Сом, Чон, а что за ловушки вы ставите? Что к вам не дойти?

Сом открыл рот, но Дерек прервал мальчика:

— Поверь, Русалочка, ты не хочешь этого знать.

Решка подарила ом" Брэ один из его собственных мрачных взглядов.

— Смотря на какого зверя, — подал голос молчаливый Чон. — На пушного да мелкого — силки, но дымом для шкур лучше. На крупного — если ради мяса, то чтоб сразу пополам разрубило. Не мучается. Древние еще придумали.

Даша задохнулась от одной мысли. Дерек шумно вздохнул.

— Я же тебя предупреждал! Чон, богиня к жестокости непривычна. Простите ей это и не рассказывайте таких историй в ее присутствии.

Чон пожал плечами и продолжил чистить шкурки.

— Богам положено знать жизнь и смерть.

Решка сделала вдох-выдох и сделала ом" Брэ предупреждающий знак.

— Ты прав, Чон. Положено. Спасибо… что рассказал.

— Богиня Дария, а еще…

Сом кивнул на гитару и сделал большие глазки. Уже замочил очищенные отцом шкуры в вымытый котелок, примостился на коленях у костра и подпер голову руками. Навес имел над костром небольшое отверстие — ни дождь не мог залить, ни дым не мешал, и листья не загорались.

— На сегодня хватит, Сом. Пора спать.

И Даша спрятала гитару, а сама легла на ветки. Подняла воротник, поджала ноги, чтоб укрыть полой. Какие кошмары… Разрубить пополам. Бр-р…

Кто-то укрыл ее одеялом. Открыла один глаз. Ом" Брэ. Присел на корточки и улыбался.

— Мерзнешь все же? Богиня?

Решка заерзала. Неудобно.

— А ты как же?

— А я сильный и суровый дракон, — усмехнулся Дерек и собрался подняться.

— Постой, — поймала Решка его руку. — Медальон… мне его дал мой старый шеф. Эрик тогда у нас фоткался… И я его прихватила… ну, чтоб лишний раз Эриком не светить, понимаешь… Лучше с собой взять, чем у бо оставить, мало ли… Но я не…

Она запнулась.

Дерек иронично выгнул бровь.

— "Не" что?

— Ну…

— Русалочка, ты носишь на груди портрет своего жениха, к которому отправилась сквозь пространство и время. Это донельзя сентиментально, но вполне в твоем стиле и совсем не плохо.