Книга Последний из медоваров, страница 169 – Кейт Андерсенн

— Но ты... ведь выйдешь за меня по-настоящему?

Кружась в луче фонаря, ему на лоб упала одинокая снежинка. Я смахнула ее и сказала:

— Ну... Да, наверное.

***
ЭПИЛОГ

"Здесь покоится Конор Галлахер,
великий медовар и любимый отец".

Терри молча опустил на могилу букет цветов.

— Ты действительно спустишь ему все с рук? - тихо спросила Френ.

— Отца это все равно не вернет, - покачал последний из медоваров головой. - Да и все равно что Верда, что Барнз в тюрьме.

— И ты не злишься?.. Даже капельку?..

— Френ... - Терри грустно усмехнулся, - ты видела сама, во что превращаются те, кто мстит... Отец взял с меня слово перед смертью, что я буду просто жить дальше.

Франсуаза вздохнула, но ничего не сказала. Ей слова медовара казались непонятными, только он был такой упертый, что говорить с ним - толку.

"Как же вырос мальчишка", - подумала Джен, только вслух ничего не сказала. Лишь взъерошила Терри волосы по привычке. "Еще третьего дня, когда мы пришли в замок, рыдал у меня на груди и твердил, что Барнза со света сживет. А теперь... И это его я ругала неделю назад в Галлоуэе за самолюбие?! До меня же всю жизнь доходило, что врагов иметь бессмысленно, пока Одли меня в тюрьму не засадил. Если б не Тэм..."

А Тэм как раз похлопывал Терри по плечу. А Рони держала за руку. В голове девочки пронеслось:

"Любовь не всегда побеждает проклятья так, как мы хотели... Но она сильнее. Мы ведь все равно вместе и думаем правильно".

— В Карлейле теперь варить вересковый мед будет дедушка. Так что уговор с лордом Хаксли и полковником Фергюссоном он доведет до конца. А я хочу вернуться в Мэрибург, там мой дом, и там фраохом заниматься буду я. Вы... со мной?

Терри Галлахер бодро улыбнулся своим товарищам.

— Я - в Дултар! - хлопнула в ладоши Франсуаза в радости.

Там Бресс и знакомая комната. Она надавит, и ее примут, никуда не денутся. Там все знакомо и понятно, уходить и не следовало.

— К маме! - зажглись глаза Рони.

И к папе, и к Айлин, и к дядюшке Хэмишу, к старому доброму тартану и всему-всему, даже противному барахольщику Пиму... Айлин на свадьбу она подарит песцовый воротник капитана Мэри, все обзавидуются!

Адар, почуяв бодрые настроения, весело залаял и запрыгал на месте, крутя хвостом.

Тэм и Джен (в платье цвета вереска и шали от тетушки Энн) просто молча взялись за руки. Они даже "Робинзона" еще не дочитали. У них есть волшебный тюк со-всем-на-свете, желтая лента Мэри, снятая с кривого окошка, брошь МакДауэллов и перо фазана, мандолина, целый мир, вся жизнь и они сами. Это так много.

Терри тронул лютню за плечом Джен.

— Сыграй... пожалуйста.

Рони деловито достала дудочку. Адар уселся, готовый подвывать.

Все еще хриплый, но вернувшийся голос менестреля завел знакомое:

Из вереска напиток забыт давным-давно...

...
КОНЕЦ .

Баллада Роберта Льюиса Стивенсона "Вересковый мед"
(к рассказу маленького медовара)

Из вереска напиток
Забыт давным-давно.
А был он слаще меда,
Пьянее, чем вино.
В котлах его варили
И пили всей семьей
Малютки-медовары
В пещерах под землей.
Пришел король шотландский,
Безжалостный к врагам,
Погнал он бедных пиктов
К скалистым берегам.
На вересковом поле
На поле боевом
Лежал живой на мертвом
И мертвый - на живом.
Лето в стране настало,
Вереск опять цветет,
Но некому готовить
Вересковый мед.
В своих могилках тесных,
В горах родной земли
Малютки-медовары
Приют себе нашли.
Король по склону едет
Над морем на коне,
А рядом реют чайки
С дорогой наравне.
Король глядит угрюмо:
"Опять в краю моем
Цветет медвяный вереск,
А меда мы не пьем!"
Но вот его вассалы
Приметили двоих
Последних медоваров,
Оставшихся в живых.
Вышли они из-под камня,
Щурясь на белый свет, -
Старый горбатый карлик
И мальчик пятнадцати лет.
К берегу моря крутому
Их привели на допрос,
Но ни один из пленных
Слова не произнес.
Сидел король шотландский,
Не шевелясь, в седле.
А маленькие люди
Стояли на земле.
Гневно король промолвил:
- Пытка обоих ждет,
Если не скажете, черти,
Как вы готовили мед!
Сын и отец молчали,
Стоя у края скалы.
Вереск звенел над ними,
В море - катились валы.
И вдруг голосок раздался:
- Слушай, шотландский король,
Поговорить с тобою
С глазу на глаз позволь!
Старость боится смерти.
Жизнь я изменой куплю,
Выдам заветную тайну! -
Карлик сказал королю.
Голос его воробьиный
Резко и четко звучал:
- Тайну давно бы я выдал,
Если бы сын не мешал!
Мальчику жизни не жалко,
Гибель ему нипочем.
Мне продавать свою совесть
Совестно будет при нем.
Пускай его крепко свяжут
И бросят в пучину вод,
А я научу шотландцев
Готовить старинный мед!
Сильный шотландский воин
Мальчика крепко связал
И бросил в открытое море
С прибрежных отвесных скал.
Волны над ним сомкнулись.
Замер последний крик...
И эхом ему ответил
С обрыва отец-старик.
-Правду сказал я, шотландцы,
От сына я ждал беды.
Не верил я в стойкость юных,
Не бреющих бороды.
А мне костер не страшен.
Пускай со мной умрет
Моя святая тайна -
Мой вересковый мед!