Книга Снова двадцать, страница 101 – Кая Кавен

— Осмелела? – едко заметил Мортем, дергая рукой. Плющ разорвался, но оставил на коже опустошителя алый след. – Мерзавка!

— Не смей его трогать! Возьми лучше меня!

Мортем направил руку в сторону Терры, затем сжал пальцы в кулак. Девушка тут же стала задыхаться и хрипеть. Кристоф, отринув усталость, поднялся и встал на пути Мортема, закрывая собой Терру. За спиной послышался судорожный и глубокий вдох. Тело Кристофа мелко дрожало от усталости, грудь тяжело вздымалась. Человеческая половина не могла справиться со свалившейся на нее ношей: сдерживать внутреннего демона, прятать в глубины сознания молчаливую тень и давать отпор неприятелю. Потерять над собой контроль было смерти подобно.

— Это не то, чего я ожидал, Тенебрис. Есть в тебе что-то от отца? Давай же, я хочу увидеть настоящего опустошителя, а не эту жалкую пародию! Посмотри, во что ты превратился!

— Посмотри, во что превратился ТЫ! Жадный, ненасытный и мстительный. Мне стыдно, что я когда-то доверился тебе!

— О, сочту за комплимент. Такова наша суть, Тенебрис. Ты этого так и не понял? Зачем быть слабым, если перед тобой вся мощь этого мира? Нужно только протянуть руку и взять.

Мортем сверкнул нечеловеческими глазами, сделал резкий выпад и ужалил Кристофа в грудь, отчего тот отлетел на несколько метров в сторону и тяжело рухнул на землю. Кристоф опирался ладонью о холодную землю и хрипло дышал. Гнев клокотал в груди. Взмокшие волосы падали на лицо, в глазах плескалось отчаяние, губы пересохли от жажды. Он ни за что не победит, будучи располовиненным. Часть всегда слабее целого. То, что Кристоф так старательно прятал все эти годы, необходимо выпустить наружу. Для этого придется сломать барьер и просить помощи у своей темной половины. От себя не убежать. Нужно заглянуть в лицо собственным страхам. Лучше погибнуть в попытке обрести силу, чем умереть от рук Мортема.

— Я нашел твою слабость, Тенебрис, – самодовольно произнес Мортем.

Терра пронзительно закричала. Кристоф рванулся на помощь, но сил практически не оставалось. Сквозь ткань местами обугленной и порванной рубашки было видно, как линии на его теле вспыхнули ярче. Ради Терры он готов был рискнуть всем, даже жизнью. Ужас внушала мысль, что он погибнет и оставит ее наедине с чудовищем. Беснующийся узор причинял боль. Кристоф стиснул зубы и мысленно воззвал к себе. Линии на его теле бешено пульсировали. Сделать решающий шаг оказалось непросто, барьер пытался дать отпор. От нахлынувшей боли с губ сорвался протяжный стон. Кристоф понял, что начинает терять контроль, узор уже оставлял ожоги на коже. Он неотрывно смотрел на бледную обессиленную Терру. Их взгляды пересеклись. Боль становилась нестерпимой, Кристоф рухнул на колени и закричал, сжимая кулаки. Звук, пробирающий до мурашек, эхом прокатился по округе. Кристоф упал на спину и выгнулся. Взгляд казался затуманенным, будто он больше не здесь. «Прости», – почти беззвучно сорвалось с ослабевших губ. Глаза закрылись. Мужчина внезапно обмяк и затих. Теплая волна освободившейся энергии разошлась кольцом от его тела. Неистово вздымающаяся грудь замерла. Через приоткрытые губы больше не вырывалось разгоряченное дыхание, превращающееся в пар. Энергетические нити навсегда потухли, оставляя на торсе мужчины воспаленные отметины. Внезапно начавшийся снегопад оседал белыми хлопьями на темных волосах Кристофа, укрывая безжизненное тело покрывалом.