Книга Танцы с бубном и принц в придачу, страница 133 – Марианна Красовская

— Желание исполнено? — раздался где-то вдалеке голос джиннии.

— Да, — прохрипела я, потому что из головы вылетело все, что я могла бы еще добавить. — Уй…

Огромными прыжками Машка неслась по лагерю, не разбирая дороги. Я визжала от ужаса, народ вокруг тоже орал и поспешно рассыпался в стороны. Затоптанные костры, перевернутые котлы, ненароком сбитые палатки — а потом запели стрелы. Да, шерсть демона они не пробьют, а вот меня — очень даже!

— Да чтоб вы все тут обосрались! — заорала я единственное проклятье, которое сбывалось всегда, при любых обстоятельствах. — И чтобы бумаги всем не хватило!

И плевать мне уже на откаты…

Когда огни рурахского лагеря остались далеко позади и вокруг стало так темно, что хоть глаз выколи, я собрала последние силы и заорала в ухо талджи:

— Машка! Мария Сергеевна! Остановись уже, я щас сдохну!

Как и в первый раз, истинное имя подействовало на Муську отрезвляюще. Она остановилась так резко, что я клацнула зубами и больно прикусила язык. Сбросила нас на землю: нужно признать, довольно аккуратно. Плюхнулась сама на травку, обхватила голову руками и жалобно завыла. Противненько так, на одной ноте.

Я с трудом поднялась на ноги. Меня мутило, в глазах мерцало. Фу блин, и так ничего не видно вокруг, так еще и укачало. Гадость какая!

«Шаардан, у нас тут проблемы! — мысленно воззвала я, но мне никто не ответил. — Шаардан, мать твою, ты спишь, что ли?»

Когда в голове чуть-чуть прояснилось, я огляделась. Принцесса лежала молча. Вроде бы живая. Хорошо, что рот у нее завязан, она могла бы многое высказать. Вообще земля в этих местах по ночам остывает быстро. Женщине не стоит вот так валяться, можно что-нибудь важное застудить. Но это меня не волнует. Фирюза — натуральная змея! А змеи, как известно, существа холоднокровные. Так что ничего с этой гадиной не случится.

Состояние Машки тревожило меня больше. Я подошла к съежившемуся талджи. Он (она) был огромный. Даже сидя — выше меня. Я осторожно погладила демона по мохнатому теплому плечу и пробормотала:

— Теперь имя «Муська» подходит тебе гораздо больше. Ты такая мягкая и пушистая, как большая кошка.

Плечи демона задрожали, он весь завибрировал. Не сразу я поняла, что Муська смеется.

— Я монстр, — тихим басом пробормотала она.

Я выдохнула с облегчением. Хвала небесам, она разумна. И может разговаривать. А значит — ничего страшного не произошло. Не считая, конечно, того, что мы прихватили не того заложника. Что толку от Фирюзы, нужно было брать Харбина! И тогда война бы уже закончилась. Впрочем, я и сама виновата: почему я не приказала джиннии доставить нас всех в шамханский стан? Ах да, она бы не стала трогать талджи. Наверное, можно было как-то сформулировать, но я никогда не отличалась быстрой сообразительностью и попросила то, что первое пришло в голову.

— Ты хотя бы не продала свою страну, — утешила я Муську. — В отличие от этой! Вот кто настоящий монстр!

— Ты права. И Харбин еще. Он меня… он мне… он с ней!

— Да, Мусь, он тебе изменял. Подло, цинично, практически на твоих глазах. Вот тебе и муж-ж-ж.

— Это потому, что он слишком хорош для меня.

— Это потому, что он подлец, — отрезала я. — Он тебя обманывал с самого начала.

Фирюза громко и требовательно замычала, но я от нее отмахнулась.