Книга Огонь и Лед, страница 29 – Анна Синнер

Собралась лично с Даль’афэром разобраться? Ну уж нет. Через его труп. И никак иначе.

Иллай плохо разбирался в драконьих видах и подвидах и делил весь чешуйчатый народец на три типа: ледяные, огненные и те, что пламени не изрыгали, какой бы его природа ни была, но даже он слышал, что знаменитый контрабандист, устроивший взрыв во дворце, где погибла мать Бьянки, не простой дракон, а «ядовитый змей».

— Беа, – начал он осторожно, боясь ее спугнуть. – Я в тебе и твоем звере никогда не сомневался, но ты королева Эльсинора. Не Сильвенара. Твой отец не казнил Даль’афэра, когда представился шанс. Тебе не кажется, что ему и разгребать последствия этого спорного акта милосердия? А если уж он решил свалить все на твои хрупкие плечи, то он, как минимум, обязан снять корону и передать ее тебе.

Бьянка горько усмехнулась, но на щеках ее расцвел румянец смущения:

— Беа? Ты впервые меня так назвал…

— Больше так не делать?

— Да нет. Ты мой муж. Имеешь право. Это… Это приятно. Когда мы не ругаемся и не бьем посуду.

За два года конкретно он ни одной тарелки не разбил, но предпочел не акцентировать внимание на том, кто в их фиктивной парочке был основным зачинщиком конфликтов.

— Иллай…

— Что?

Ледяные пальчики убрали у него со лба завиток:

— Поцелуй меня, пожалуйста. Разочек.

Разочек?Это вряд ли.

То, с какой нежностью Иллай смотрел на нее, когда она все же доверилась, поделилась с ним переживаниями, окончательно выбило у Бьянки почву из-под ног. Внезапно его любовь ей стала нужна больше воздуха, а мысль о разводе начала казаться совсем уж откровенно провальной. Не говоря о браке с Ол’кейне.

Что, если она поторопилась? Что, если у нее был шанс переубедить отца, но она не нашла выхода и добровольно отказалась от союза с единственным мужчиной, который видел в ней больше, чем хорошенькую куклу? Игрушку, которую можно в спальне запереть для собственных утех? Что, если стоило показать Иллаю письмо, которое прислал ей брат? И тогда они нашли бы этот выход вместе? Сказал ведь Каттаган, что один в поле не воин.

Ей невыносимо захотелось обратно в Эльсинор. Захотелось дать Гансу от ворот поворот, а все свои вещички перетащить в покои к мужу. Родить ему детей и прожить с ним до своей глубокой драконьей старости. Править королевством, где ее любили и ценили за добрые дела, участие и сострадание, за опеку приютов и за то, что по улицам она ходила без охраны и спокойно общалась с простыми людьми, невзирая на свой титул.

На родине Иллая никто не требовал от нее бессмысленной жестокости, не ждал показательной демонстрации силы. Эсгары умели воевать, но лить кровь зря… Местные хорошо знали, какова горечь утраты на вкус.

— Поцелуй меня, пожалуйста, – Бьянка склонилась к мужу, вернув на место темный локон, который вечно спадал ему на лоб. – Разочек.

У него была возможность отказаться, но Иллай резко усадил Бэан’ну к себе на колени и прильнул к ее губам. Не так, как она себе представляла… Без напора, грубости, сжигающей страсти. Так, как ей снилось по ночам. Бережно, деликатно. Словно они и правда любили друг друга, а их брак – отнюдь не фарс. Мучительно медленно.

Она таяла, как ледышка над костром. Сама подалась вперед и вцепилась в широкие крепкие плечи, лишь бы он не отстранился. Не прервал эту сладкую пытку.