Книга Сказание о Сы Мин. Книга 1, страница 116 – Цзюлу Фэйсян

Каждая из этих трех новостей стала огромным потрясением для жителей пустынного города, не говоря уже о том, что все события случились одновременно.

Толпа горячо обсуждала последние известия, и под башней городской стены царила редкая суета. Однако шум снаружи не мог потревожить Ню Юань. В это время она сидела рядом с Чан Анем и пристально рассматривала черты лица мужчины, словно пытаясь удостовериться в его подлинности. Содрогание земли заставило ее опомниться.

В пустынном городе землетрясений не бывает. Сейчас толчок не казался чем-то из ряда вон выходящим, но, должно быть, произошло нечто серьезное. Она много лет властвовала над городом и, как правило, первой спешила на место происшествия, когда что-нибудь случалось. Ню Юань отряхнула платье и встала, чтобы выйти, но неожиданно теплая рука обхватила ее запястье – она и не заметила, что лежавший в кровати мужчина давно проснулся.

Ню Юань замерла. От одного его взгляда разум женщины опустел.

— А-У.

После долгого молчания она возразила:

— Меня зовут Ню Юань.

— А-У… – Чан Ань слегка понизил голос, сильно огорченный ее безразличием. Его «А-У» прозвучало как жалобный вой потерянного маленького зверька.

— Ню Юань. – Она отняла руку. Лицо ее было суровым, а голос – жестким и непреклонным.

Чан Ань посмотрела на нее, но та, избегая его взгляда, вышла из комнаты.

— А-У! – крикнул вслед мужчина. – Я пришел, чтобы забрать тебя!

Стоящая в двери фигура замерла и вскинула рукава к песчаным бурям, что днями напролет задували в пустынном городе. Руки в алом дрожали, ткани развевались на ветру. Ню Юань прошептала:

— В третий раз я не вернусь. – И ее рукава превратились в песок, смешиваясь с парящей в небе пылью.

Глаза Чан Аня сузились, он в бессилии наблюдал, как Ню Юань медленно разлетается в песок в бледном свете пустынного города. От рукавов до ладоней, затем рука целиком, половина тела – все обратилось песком и было унесено порывом ветра.

Женщина, от которой осталась лишь половина лица, повернула голову вбок, к свету, и голос ее был холоден, как никогда:

— Я – владычица пустынного города. Песок здесь – это я, а я – песок. Мы с городом давно едины и неразделимы.

У Чан Аня перехватило дыхание от ее жестоких слов.

— Я – Ню Юань, А-У давно умерла.

Чан Юань вытащил Эр Шэн на берег. Ее глаза пугающе закатились, из горла рвался кашель. Он с силой надавил ей на живот, и та выплюнула воду, которой наглоталась, а затем повернулась на бок, задыхаясь и закашливаясь.

Мужчина сделал несколько хриплых вдохов. Печать давила из-за использованных сил, и уже после пары движений ему стало почти невыносимо.

Постепенно стабилизировав внутреннее дыхание, он повернул голову к Эр Шэн, которая по-прежнему кашляла. Она не умела плавать и, можно сказать, даже боялась воды, поэтому, свалившись в озеро, прекратила всякое сопротивление и инстинктивно обняла его за талию, крепко держась, как за спасительную соломинку. Но перед этим он все же успел получить от нее несколько крепких ударов.

Дракон нахмурился, наблюдая, как черные линии на шее девушки, отчетливо покрывавшие все ее лицо вдоль вен, светлеют и постепенно собираются в одну линию, исчезая между бровями. Эр Шэн застонала и наконец очнулась. Смотря, как она держится за грудь и тяжело дышит, Чан Юань еще сильнее нахмурился и грозно спросил: