Книга Ловушка для строптивой, страница 82 – Ани Марика

— Тебе помочь? — уточняет Себастьян, зорко следя за мной. Вижу его напряжённое лицо, направленное к моему укрытию.

— Нет, — бурчу и всё же, переступив через себя, выхожу. Дёргаю подол майки и пробегаю мимо мага.

Его взгляд обжигает спину, ягодицы, даже пятки! Не дав себе передумать, забегаю в воду и вскрикиваю, останавливаясь на полпути. Не ожидала, что озеро будет столь холодным.

Рядом тут же выплывает Хантер и придерживает за талию. Смотрит обеспокоенно и жадно.

— Ты чего кричишь?

— Холодно, — дрожу я.

— Всего-то? Я думал, укусил кто, — фыркает двуликий и прижимает к своему голому торсу. Он словно печка, горячий.

Быстро расслабившись, позволяю ему утянуть меня в воду. Привыкнув к температуре, отталкиваю и гребу. Хантер лежит на спине и, жмурясь, посматривает на меня. Выглядит максимально умиротворённым и невозможно притягательным.

Бросаю взгляд на берег. Себастьян как раз поднимается. Мантию аккуратно складывает. Медленно раздевается. Остановившись, жадно разглядываю его в свете послеобеденного солнца. Сложив все вещи, мужчина грациозно спускается к берегу. Ловит мой взгляд, удерживает этот контакт и продолжает идти.

Маг подплывает очень близко. Чуть отплываю, ударяюсь об грудь Хантера за спиной и замираю, словно птичка, пойманная хищниками. И бежать от них некуда. Я, в отличие от них, дна не чувствую. И только их руки удерживают меня на плаву.

Себастьян легко, почти не касаясь, проводит пальцами по лицу. Очерчивает линию подбородка, шеи, убирает волосы. И эта невинная ласка топит весь здравый смысл. Иначе не объяснить, почему я тянусь к нему и прижимаюсь губами к его губам.

Я не чувствую больше стыда или неловкости. В их объятьях мне необычайно комфортно, хорошо и правильно. Словно это единственное место, которое создано для меня и ради меня.

Мужские ладони напрягаются и скользят под толщей воды. Так единодушно и синхронно. Запуская под кожей язычки пламени. И при этом совершенно не сталкиваясь друг с другом. Уникальная у этих мужчин способность в нужный момент скооперироваться.

— Думаю, нам уже пора, — выдавливаю из себя, прервав поцелуй.

— Пообедаем и пойдём, — соглашается Себастьян и первым выходит из воды. Вот так просто. Аж обидно становится.

Хантер не торопится отпускать, к себе разворачивает, в волосы до лёгкой боли зарывается, тянет голову и сминает губы. Жёстко так целует, наполняя новым жаром всё тело. Сама не замечаю, как оплетаю его рукам и ногами. Трусь, желая большего. На поцелуй отвечаю с тем же остервенением. Сжимаюсь вся, слыша урчание.

Его ладони гладят всё тело, задевают грудь, ягодицы. Пальцы впиваются в бёдра. Уверенно скользят между нами. Оттягивают в сторону бельё.

С губ срывается стон, когда он касается меня. Трогает. Влагу растирает между ног. При этом целует. Долго-долго. Сладко-сладко.

Меня трясёт, мысли путаются, а тело горит огнём. Перед закрытыми веками вспыхивают яркие огни. В ушах гулко бьётся собственное сердце.

Освобождение, столь яркое и быстрое, бьёт по нервным окончаниям. Я выгибаюсь в сильных руках мужа. Буквально ложусь на воду. Он отрывается от губ, удерживает меня, продолжая двигать пальцами на сосредоточении желания. Держит, пока я восстанавливаю дыхание.

— Безумно сладко кончаешь, малышка, — мурлычет, когда я прихожу в себя и смущённо смотрю на него.