Книга Академическая станция Пульсар. Испытание Плеяд, страница 67 – Анна Кейв

— Ну и что за Капитан Очевидность это написал? — фыркает Таллула. — Что дальше? Нас попросят следовать за белым кроликом?

Лэм игнорирует ее сарказм, сосредоточившись на символах:

— Возможно, это ключ? Яичница, кому принадлежит эта письменность?

— Это праязык кстанцев. Вероятность того, что надпись оставлена создателями Зоны 5.1 выше восьмидесяти процентов.

Таллула закатывает глаза:

— Почему они не могли прямо на входе написать инструкцию к своему детищу? Ходи теперь разгадывай их ребусы.

Благодаря ворчанию Таллулы меня осеняет еще одна мысль:

— Может, нам нужно не блокировать Зону, а высвободить что-то из «яйца»? Что, если они соорудили объект в виде яйца, символизируя «жизнь» внутри него?

Таллула хмурится:

— Если это так, то я не уверена, что нам стоит разбивать скорлупу. Зона уничтожала экспедиции на протяжении нескольких тысяч лет, вы серьезно думаете, что из «яйца» вылупится что-то хорошее? Может, там кроются смертельные вирусы?

Рассуждая о природе «яйца», мы движемся дальше, хаотично меняя направление. Кажется, моя теория верна, потому что Зона больше не подкидывает нам аномальных сюрпризов. Может, это поощрение за разгадку?

Не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как мы вошли в лабиринт, но по ощущениям мы бродим по нему целую вечность — влияние временной аномалии.

Выждав очередное изменение лабиринта, мы, наконец, достигаем его сердца. Возможно, Зона посчитала нас достойными приблизиться к тому сокровенному, что многие тысячелетия скрывали стены лабиринта? Нет никаких сомнений, что это место в какой-то степени живое.

— И правда яйцо, — пораженно выдыхает Акоста.

Перед нами возвышается гигантское — не меньше пятиэтажного дома — каменное яйцо. В отличие от стен, скрывающих механизм внутри, поверхность объекта испещрена проводами, схемами, шестеренками, неизвестными мне устройствами и непонятными формулами. Все это складывается в пугающий своим размахом прибор, источающий волны аномалии.

— Что, черт возьми, с этим делать? — я с опаской осматриваю громадину.

Таллула предлагает:

— Давайте ограничимся сбором данных и слиняем отсюда? Мне не по себе. Вдруг там какой-нибудь спящий атлант из мифов? Или это устройство Судного дня? Какого черта это задание доверили кадетам?! Мы не должны решать такие вопросы.

Лэм подходит ближе к «яйцу», но не решается до него дотронуться. Вместо этого он просит:

— Яичница, ты можешь его просканировать?

Нанотиммейт охотно анализирует объект, обходя его по кругу. Мы — сцепленные тросами — вместе с ней.

Из архивов известно, что опыт использования роботов в Зоне был плачевным — они выходили из строя из-за аномальных искажений. Но Яичница с ее усовершенствованной защитой хорошо держится.

— Обнаружена поврежденная запись, — сообщает Яичница. — Пытаюсь воспроизвести аудиопоток.

Воздух начинает вибрировать. Это плохой знак.

В одно мгновение «яйцо» делает выброс электромагнитных волн. Всех нас, кроме Яичницы, отбрасывает от объекта.

— Что это за звук?! — кричит Таллула, инстинктивно закрывая уши ладонями.

Тело сводит судорогами. Оглушающий вибрирующий звук наполняет все мое тело и разум. В мою голову насильно вторгаются тысячи мыслей, чужих воспоминаний. Аудиопоток, который извлекла Яичница, вливается прямо в наши сознания.