Книга Академическая станция Пульсар. Испытание Плеяд, страница 109 – Анна Кейв

— Ты никогда не успокаиваешься, да? — Таллула весело хлопает меня по плечу. — Может, для разнообразия, хоть сегодня отдохнешь?

— Да, пожалуй, — веду ее в зал закусочной. Ради нас родители закрылись сегодня на спецобслуживание. — Как твои разработки?

Таллула заметно оживляется. Она не любит долгие разговоры о чужой работе, но о своей может говорить без умолку.

На последних двух курсах Таллула углубилась в изучение философии кибер-разума, чтобы разобраться, что делает сознание живым. После выпуска она присоединилась к исследованию искусственного интеллекта и посвятила себя изучению нанороботов.

Она чувствовала себя обязанной. Яичница и Зуви отдали свою жизни за нас. Но была ли это жертва машины, или выбор личности? Где заканчивался алгоритм и начиналась душа?

Эти вопросы не давали ей покоя.

Спустя годы ее исследования привели к резонансной теории, предполагавшей, что ИИ, достигший достаточного уровня самообучения, развивает нечто большее, чем запрограммированные реакции.

Ее труды цитировали, обсуждали, кто-то называл их ересью, кто-то — прорывом.

Через несколько недель после победы над Конклавом, Таллула отправила чип Яичницы в Межгалактический Архив — как память о первом ИИ, который по-настоящему понял, что значит быть личностью. Он хранится за стеклом и подписан словами, которые были сказаны над ее телом.

«Яичница. Серийный номер NID508. Она была машиной. Но для нас она была живой».

Таллула создала копию ее последних слов и часто воспроизводила их тайком от всех — ночью, прячась под одеялом в нашей комнате на Пульсаре.

— Талл… ла… Ты… была… мо-им другом?

— Да! Да, ты была моей подругой! Я… должна была сказать раньше… прости! Прости!

— Я… довольна своим существованием.

Я невольно прослушивала эту запись вместе с Таллулой, глотая слезы. Когда она выпустилась, я попросила ее прислать мне копию, чтобы никогда не забывать, для чего все это.

— …машины запоминают команды. Но кто запомнит их? — заканчивает Таллула.

— Мы запомним, — раздается знакомый голос за нашими спинами. Акоста.

Она избавилась от косички на одну сторону, отрастила волосы на второй половине головы и теперь носит лаконичный пучок на затылке. Должность обязывает.

Когда Конклав оказался в центре межгалактического скандала, именно Акоста тесно сотрудничала с Альянсом, обсуждая судьбоносные вопросы нашего галактического правительства. Конклав пал, его власть рассеялась среди звезд. Под контролем Звездного Альянса был создан новый орган власти — Ассамблея Млечного Пути. Новое правительство получило полномочия регулировать космические операции, обеспечивать дипломатическую стабильность и контролировать использование технологий.

Во главе Ассамблеи было решено поставить Акосту. Она зарекомендовала себя, когда помогала Альянсу разобраться во всех ошибках и преступлениях Конклава и Пульсара. Благодаря опыту управления и навыкам дипломатии, она стала компромиссной фигурой, способной удержать равновесие между разными силами. Ее реформы направлены на прозрачность власти, предотвращение коррупции и сотрудничество между цивилизациями.

Именно с подачи Акосты мою инициативу по восстановлению Земли поддержали и выделили грант на реализацию. В то время она все еще курировала деятельность на Пульсаре, пока не подыскала достойных кандидатов для руководства академической станции.