Книга Университет на горе смерти, страница 68 – Анна Кейв

Артур усмехается:

— А что тут красть? Лыжи? С ними далеко не уедешь – просто не получится незаметно вывезти из универа. Зачем вообще кому-то здесь воровать? Тут большинство студентов может позволить себе покупать новые лыжи каждый сезон. А стипендиатам они нахрен не сдались, только репутацию себе испортить и вылететь отсюда.

Я прохожусь взглядом по опустевшим рядам лыж и палок. У противоположной стены шкаф с отсеками под ботинки. Что-то похожее я видела в боулинге, куда мы ездили с классом. Это как ячейки для пакетов в супермаркете только без дверок.

— Ну, Золушка, какой у тебя размер? – весело разводит руками Артур, перед оставшимися десятками ботинок.

— Тридцать пятый.

Дьяконов задорно присвистывает:

— Да ты у нас не Золушка, а Дюймовочка. Падай на пуфик, сейчас найду твой размер. Хотя не уверен, что здесь есть детская обувь.

— Она не детская, – ощетинившись, протестую я.

Покупка обуви для меня – больная тема. В школе с этим было проще – идешь в детский отдел и берешь любые. Сейчас же свой размер я крайне редко встречаю во взрослых отделах, а в детских обувь слишком… детская? Блестки и стразы, цветочки и сердечки, разноцветные шнурки и липучки… Подобрать что-то с каждым годом становится сложнее. Мало того, что мне лифчики подбирают из подростковой коллекции, так еще и обувь в детских отделах!

— Тебе не повезло, Дюймовка, есть только одна пара тридцать шестых, – отзывается парень, скрючившись в три погибели в углу шкафчиков. – Выглядят как новые, похоже, их редко надевали. Если вообще кто-то их брал. Тридцать пятых нет. Вряд ли их закупали, здесь универ, а не начальная школа.

— С теплым носком сойдет, – вздыхаю я. Дело привычное.

Я снимаю свои ботинки, и Артур хватает меня за щиколотку.

— Интересно посмотреть, что это за нога тридцать пятого размера. – Его явно веселит ситуация. Парень прижимает свою ладонь к моей ступне и угорает надо мной: – Ебать, у меня рука больше твоей ноги! У тебя в роду китайцы, что ли? Или карлики?

Я с остервенением вырываю из его хватки ногу и быстрее запихиваю ее в ботинок, чтобы больше не тянул свои лапища ко мне. Как же с ним тяжело работать. Прямо как с его отцом.

— Что там по лыжам? Нам пора к подъемнику не хочу из-за тебя получить пропуск.

Впрочем, возможно, это неплохая идея. Я пошла на эти чертовы лыжи только из-за Артура. Не очень уж мне хочется скатываться с горы смерти.

— Из-за меня?! – выгибает бровь Дьяконов. – Это ты здесь страдаешь потерей памяти, а не я. Вот, держи лыжи, палки… палки эти. Давай, шевели багетами, если тебе так не терпится на занятие.

Он начинает меня раздражать. Все же мы добираемся до подъемника, и Артур помогает мне сесть. Я щурюсь, глядя на искрящийся снег под нами. Глаза начинают слезиться и щипать, но я терплю и не подаю вида. После лыж нужно обязательно сходить в больницу. Если здесь даже откачивают наркоманов и вырезают аппендицит, должны помогать и очкарикам. Может, у них даже мини-оптика есть, просто Ян о ней не в курсе? Много у кого плохое зрение. Этот момент должен быть продуман администрацией университета.

— Здесь так тихо и умиротворенно, – я предпринимаю попытку завязать разговор.

— Так снежно и пустынно, что сдохнуть хочется от такого умиротворения.

— Если тебе здесь не нравится, зачем поступил?