Книга Университет на горе смерти, страница 40 – Анна Кейв

— Ну да, – пожимает плечами Геккель как ни в чем не бывало. Будто бы делить на ноль – само собой разумеющееся!

— Но ведь на ноль делить нельзя, этому еще в школе учат.

Ян отрывается от записей и косится на меня:

— Ты плохо разбираешься в высшей математике?

Я чувствую себя глупой.

— Не моя сильная сторона.

Парень сочувственно поджимает губы.

— Этот препод – зверь. Тебе необходимо разбираться в его предмете, иначе он тебя просто завалит на сессии, ты будешь ходить к нему на пересдачи чаще, чем бывать в шале. Я могу тебе помочь, если хочешь.

— Решишь за меня? – с надеждой спрашиваю я. Если бы это было моей реальной учебой, я бы постаралась поднажать, но это всего лишь мое прикрытие, мне не за чем так сильно утруждаться. Если я буду тратить вечера на математику, как в колледже, то вопрос с Артуром застопорится.

— Могу, конечно, но это временное решение проблемы. На экзамене такое провернуть уже не получится. Я могу попробовать тебе объяснить, будем делать вместе домашку и разбираться.

До экзаменов я здесь не задержусь. Но сказать об этом не могу. Поэтому придется согласиться. Тем более что так я смогу выудить у Яна какие-нибудь сведения о Дьяконове. А может он и сам случайно проболтается. Один раз он уже завел разговор об Артуре без моих расспросов, может и второй.

Да и вообще… Ян – приятная компания. Я бы не отказалась от товарища на время командировки.

— Хорошо, давай, буду тебе признательна, – улыбаюсь я и слышу хлесткие удары длинной деревянной указкой. Дернувшись, испуганно перевожу взгляд на препода, бьющего ею по доске. Мужчина выразительно смотрит на нас с Геккелем.

— Вашу сладкую парочку «Твикс» рассадить? Юная леди, вы первый раз пришли ко мне на занятие и уже показываете неуважение. Если вам не нужна высшая математика – можете быть свободны. Я никого не держу насильно.

— Извините, – лепечу я, не зная, куда себя деть от стыда.

— Извините, – вторит мне Ян куда более уверенным и твердым голосом, чем я. – Это моя вина, я отвлек Милу. Больше такого не повторится.

Препод недовольно качает головой:

— От вас, Ян Альбертович, я такого не ожидал. Надеюсь, впредь вы будете вести себя благоразумнее. Как поется в песне: «Первым делом, первым делом самолеты. Ну а девушки? А девушки потом!».

Он специально слегка переиначивает интонацию из песни, задавая вопрос «Ну а девушки?» и тут же решительно отвечая «А девушки потом!». Мужчина возвращается к объяснению темы, а мы с Яном синхронно склоняемся над своими записями. С этим преподавателем и правда лучше не шутить.

После пары я чувствую себя разбитой и выжатой как лимон. Тяжело снова погружаться в учебу, когда еще недавно радовался диплому. Я, конечно, подумывала о том, чтобы поступить заочно в универ, но как-нибудь потом. Снова возвращаться за парту – одно мучение.

Ян провожает в магазин – он оказывается совсем недалеко от шале. Я представляла его небольшим сельпошным магазинчиком, где на полках сахар соседствует со стиральным порошком. Такой магазинчик был при моем колледже. По большей части там закупались студенты, жившие в общаге, но и я частенько заходила.

Здесь же магазин – это целый супермаркет. Я бы даже рискнула назвать его гипермаркетом. Одного только чая здесь больше сотни видов. Причем самое бюджетное, что я увидела, это Greenfield. Ни Принцессы Нури, ни Майского. Мне уже пришли командировочные, но их стоить тратить с умом, а для меня это значит выбирать самое недорогое и выискивать скидки.