Книга Мой эльфийский заказ, страница 4 – Анна Жнец

— Госпожа инквизитор! – проблеял мужичок, в котором я без труда узнала Арона Флейма. – Объяснитесь! Почему вы нарушаете протокол?

Голова святейшего канцлера тряслась на цыплячьей шее – то ли от возмущения, то ли в силу развивающейся болезни. Щеки болтались дряблыми складками, словно он резко похудел килограммов на пятьдесят и кожа на его лице отвисла.

— Кажется, я перестаралась. Боюсь, он того.

Я изобразила виноватую улыбку, махнув окровавленным молотком в сторону пленника, обмякшего на стуле.

— Что значит того? – Арон Флейм наклонился к спящему и с брезгливым видом осмотрел рану на его голове. – Он что, мертв?

— Как видите. Должна признаться, я сильно увлеклась допросом и… вот. – Я неловко развела руками, а следом добавила в голос воодушевления: – Зато он согласился со всеми обвинениями, а значит, в любом случае отправился бы на костер. Ну, я немного ускорила его отход. Какая разница?

— Какая разница?! – взвизгнул Арон Флейм. – Он должен был сознаться в своем преступлении в присутствии двух свидетелей! Двух, а не вас одной! Его ждала публичная казнь. Вы понимаете, почему казнь всегда совершается публично?

Я опустила голову, стараясь выглядеть пристыженной.

— В назидание остальным! – распалялся святейший канцлер, тряся своими дряблыми щеками, как крыльями. – Чтобы это темное отрепье нас боялось! Чтобы трепетало от страха при имени святой инквизиции! А вы… Я напишу на вас донесение! Вы не достойны этой должности!

«Вот зануда, – думала я, разглядывая бурые пятна по полу. – Пиши, что хочешь. Посмотреть бы на твою физиономию, когда ты узнаешь, что настоящий Господин Инквизитор лежит, связанный, в своем доме, а во рту у него кляп из старого носка».

Вопреки этим мыслям, я изо всех сил демонстрировала раскаяние, даже сгорбилась, будто под тяжестью чужого гнева.

Святейший зануда еще немного попортил воздух своими душными речами, затем успокоился и кивнул на пленника:

— Тело сбросить в могильную яму за городом.

Я мысленно улыбалась, наблюдая, как мой заказ отвязывают от стула и небрежно швыряют на деревянную каталку. Как и было обещано, Роан Шейд покинул допросную через дверь – под простыней и вперед ногами.

Спустя минут сорок я забрала его у тюремного гробовщика в обмен на тяжелый кошель с золотом. А еще через час выехала с ним за городские ворота, управляя шаткой повозкой, что скрипела ржавыми скобами.

Телега гремела и тряслась. Летний ветерок овевал мое лицо. С двух сторон над проселочной дорогой нависали клены, и воздух пах древесной корой. Когда последние дома скрылись из вида, я остановила телегу на обочине, откинула покрывало и посмотрела на мирно спящего мужчину в кузове.

За время пути иллюзия успела развеяться, кровавая рана на голове исчезла, и краски жизни снова прилили к расслабленному лицу. Пленник был гол, потому что покойников в тюрьме раздевали, а их лохмотья бросали в печь. И связан. Мной лично. На всякий случай. Я должна была доставить его заказчику и сомневалась, что этот упрямец отправится со мной добровольно.

Прикинув время, я дернула вожжи. Надо успеть насладиться тишиной и спокойствием, пока спящий красавец не очнулся и не начал шуметь.

Мирную тишину солнечного дня нарушил хриплый стон. Я повернула голову и краем глаза заметила движение в кузове. Холщевая тряпка, которой был накрыт пленник, колыхалась. За моей спиной поднялась возня – зашуршала солома, заскрипело деревянное днище телеги, а вскоре послышалась и ругань.