Книга Яблочко раздора в академии невест, страница 51 – Нелли Штерн

— Мой господин, – прошелестел верный слуга, – пророчество начинает сбываться. Девчонка обладает изначальной магией.

— А что хранители? – прошипел леденящий душу мертвый голос.

— Один из них выбрал ее, но она противится союзу.

— Это хорошо. Наблюдай. Сила огня слабеет, его искр не хватит надолго, и тогда лишь камень будет сдерживать меня. Змей сам разрушит печать ради спасения своей единственной, и мир покорится мне!

— То есть его смерть нам больше не нужна? – уточнил коленопреклоненный слуга.

— Нас устроят оба варианта. Ступай.

Блики затворов погасли. Печать и впрямь уже не держала так крепко. Скоро, совсем скоро Он вернется и станет властителем мира, погружая его во тьму.

Шиана Нарвус

С того памятного вечера мое сердце словно заледенело. И, пожалуй, именно тогда я стала похожа на прежнюю Шиану, бесчувственную, а точнее запретившую себе чувствовать. Я что-то делала, вела занятия, скользя потухшим взглядом по адепткам. Даже четверокурсницы больше не волновали меня, а их укусы не трогали. Я стала затворницей, старательно избегая любого общения. Только Илайе и Летиции удавалось хоть как-то растормошить меня. С Леонардом я больше не виделась и старалась избегать этого мага. На все его попытки принести извинения отвечала неизменным отказом. Он знал, что мужчины были там и позволил себе поцеловать меня вот так, напоказ. И это было больно.

В те дни в моей жизни вообще стало слишком много боли. Она поселилась в груди, оплетая сердце колючими лианами, порой сжимая так, что не было сил вдохнуть.

Первой не выдержала Летиция.

— Что между вами происходит, ты можешь мне объяснить? – обеспокоенно спрашивала она. – Фабрициус в последние дни просто озверел! К нему в кабинет войти страшно! Трелорин еще этот жуткий. Ходит мрачный, вымораживая все вокруг. У меня на днях графин с водой замерз и лопнул, представляешь?

Я лишь безразлично кивала, пропуская ее рассказ мимо ушей.

— Девочка, – мягко прошелестела она. – Он обидел тебя, да? Сделал что-то? Ты, как неживая в последнее время.

— Между нами ничего нет и не будет никогда, – устало ответила ей.

Фабрициус Геноа

Сколько уже дней прошло с того злосчастного вечера, когда мы увидели Шиану в объятиях ненавистного Леонарда? Каждую минуту, каждую секунду вдали от нее я не перестал задаваться вопросом: почему? Почему она так поступила с нами? И по какой причине не действует сейчас, когда я так открыт и уязвим перед ней? Думаю, мы со змеем даже не будем сопротивляться, принимая с благодарностью ее дар вечности, избавление от мук, терзающих нутро все сильнее. Моя вторая сущность еще изредка пыталась достучаться до меня, ругая неразумных юнцов, требуя сделать первый шаг и поговорить с девушкой, вернуть сокровище, но я привычно отмахивался от его советов. В конце концов, ему надоело их давать.

Леоринэль не добавлял спокойствия. Казалось, этот маг выморозил сам себя изнутри. На кончиках его длинных волос и ресниц теперь поселился иней, не таящий даже у горящего камина.

— Она снова даже не взглянула на меня, – горько произнес эльф, привычно устраиваясь в кресле напротив меня. – Стала безразлична ко всему. Даже Рашмир ее больше не задевает. Она просто перестала реагировать. Почему так? – с мукой в посветлевших глазах спросил Трелорин, неосознанно потирая грудь. Да, мне знакомо это ощущение не прекращающейся тянущей боли, выламывающей ребра, удавкой цепляющей шею.