Книга Яблочко раздора в академии невест, страница 137 – Нелли Штерн

Советники побледнели, и лишь один из них все еще самонадеянно рассчитывал на благополучный исход.

— При всем моем уважении, лорд Трелорин, – не сдавался Рашмир, – но я употреблю все свое влияние, чтобы доказать Его Величеству, что вся ее магия и предначертанность – лишь происки Тьмы. Безопаснее для всех – уничтожить самозванку, пока не стало слишком поздно.

— Ваше упрямство граничит с глупостью, но, думаю, пара дней за решеткой из антимагического металла сделает вас более покладистым, – почти лениво бросил я, с удовольствием наблюдая за сменой эмоций на высокомерном лице.

— Члены совета неприкосновенны без особого распоряжения императора, – попробовал возмутиться он, с усилием сохраняя видимость спокойствия, но от него несло страхом, а мне еще предстояло выяснить, кто и когда отравил меня темной магией. Кто заставил сознание помутиться? Кому было выгодно, чтобы я сам оттолкнул свое сокровище и стал сомневаться? Уж не лорд ли Рашмир стоит за всем этим вместе со своей обожаемой дочуркой? Слишком вовремя все произошло…

Внезапно в кабинете потемнело. Резкий порыв ветра с грохотом распахнул окно. Магически защищенные стекла жалобно звякнули и осыпались хрусткими осколками.

— Что это? – раздался сдавленный голос одного из советников.

— Зверь сбросил оковы печати, – мрачно констатировал я, становясь напротив открытого проема и вглядываясь в тьму, наползающую на Тысячелетний лес со стороны Вечных гор.

— Помоги нам боги! – прошептал второй.

— Алан, – открыв дверь в приемную, обратился к своему помощнику, – высоких лордов в камеру предварительного заключения, советника Рашмира за антимагическую решетку.

— По какому праву?.. – начал было возмущаться второй советник.

— Если не хотите прямо сейчас познакомиться с палачом, настоятельно не рекомендую продолжать говорить со мной в подобном тоне! – припечатал я. – Алан! Исполнять!

— Слушаюсь, милорд! – собранно ответил офицер и жестом позвал дежуривших гвардейцев.

А я спешно покинул кабинет, направляясь в императорское крыло. Душа болела, стоило только вспомнить, что наговорил Лане, как вел себя. Моя печать предначертанных теперь проявилась на коже и кровоточила, словно сама магия наказывала меня за всю ту боль, что причинил моей единственной.

Охрана императора преградила мне путь.

— Личное распоряжение лорда Геноа, – гаркнули боевые маги.

— Не заставляйте меня применять силу, – с угрозой протянул я.

Лед затрещал на кончиках волос, температура в коридоре резко упала, изо рта вырывались облачка пара.

— Лорд Трелорин, – с угрозой произнес один из стражей, – отзовите свою магию! У нас приказ!

Двери в покои приоткрылись, в проеме показался Фабрициус в одном полотенце вокруг бедер.

— Леоринэль, – констатировал он с непонятной интонацией и отошел, приглашая войти. – Пропустить!

Дверь щелкнула за спиной, я прошел в гостиную. У окна спиной ко мне стоял Дарион. Из-за его плеча выглядывал медный локон.

— Что теперь будет? – напряженно прозвучал голос Шианы.

— Не волнуйся, мой свет, – ответил ей Дарион, склоняясь ближе и обнимая. – Вместе мы справимся.

Мы с Геноа переглянулись. Проблема была лишь в том, что никто из нас троих не был в этом уверен. Да-да, и Дарион тоже, хотя именно сейчас он делал все, чтобы Лана была спокойна. Ее магический фон и так трясло и лихорадило. Сильные эмоции ей сейчас ни к чему.