Книга Дневник Дерека Драммона. История моей проклятой жизни, страница 150 – Кейтлин Эмилия Новак

Мэган кивнула, но в ее глазах все равно плескалась паника.

— Я не понимаю… – прошептала она. – Зачем все это? Кто это мог быть? Но мы обсудим все потом. Сейчас главное – твоя рана. Господи, как же из тебя достать пулю? Что делать, что?

— Тише, – прервал я. – Главное – тебе выбраться отсюда целой. А я уже дома как-нибудь справлюсь.

— Домой?! В таком состоянии? – воскликнула она, нервно оглядываясь. – Ты ведь как ворон лететь не сможешь, у тебя будет крыло ранено.

— Я останусь в образе человека, не переживай. Воспользуюсь тайным ходом, после того как провожу тебя.

— Как ты пойдешь меня провожать с открытой раной?! Ты с ума сошел! Я тебя сама провожу. И точка! Не спорь!

— Великолепно, – хмыкнул я. – В моем возрасте мечта каждого мужчины – быть спасенным собственной женщиной от убийцы в склепе.

Она не ответила, только плотнее стянула повязку и прижалась щекой к моему плечу. От нее пахло яблочным шампунем, страхом и неподдельной любовью. И в этот момент я понял, что даже если мне и придется умереть – то это произойдет вот так, с ее руками на моей коже, с ее голосом в моем сознании. И все остальное – уже вторично.

— Дерек, ты не понимаешь, ты теряешь слишком много крови! Ты можешь… ты можешь умереть! – Голос Мэган дрожал, переходя от тревоги к истерике. Она пыталась прижать повязку еще крепче.

— А ты, по-моему, не понимаешь, что я не могу отпустить тебя одну, – в голосе моем зазвенел металл. – Ты в опасности, Мэган. В настоящей, не книжной, не романтической, а в той, где за поворотом тебя может ждать вторая пуля.

Я поднял взгляд на нее. Лицо побледнело, глаза были полны ужаса и упрямства – эту гибельную смесь я уже узнавал с первого взгляда.

— Ты думаешь, я тебя просто так отпущу в ночь? Одну, после того как на тебя охотились?! – Я уже не скрывал раздражения.

Но Мэган не сдавалась. Упрямство в ней оказалось прочнее страха.

— Этот человек не вернется сегодня, – пыталась она рассуждать логически, хотя голос все еще дрожал. – Он ранен, ему сейчас не до меня.

— Мэган, – перебил я тихо, но с той интонацией, после которой даже буря останавливается, – этот вопрос не обсуждается.

Она закусила губу. Поняла, поверила.

— У тебя есть дома медикаменты? – спросила уже мягко, видя, что спорить бесполезно.

— Что-то есть.

— Я завтра утром съезжу в аптеку в Терсо, куплю все необходимое, – уже деловым тоном сказала Мэган. – Тебе нужно все хорошо обработать. Останься у меня, так я смогу тебе помочь.

Я качнул головой.

— Это слишком опасно. Если кто-то меня обнаружит…

— Никто не войдет в мою комнату. Без моего ведома – никто, – тихо и твердо пообещала она.

— У тебя все равно нет нужных лекарств. Только завтра утром сможешь их купить. А мне сейчас нужно вытаскивать пулю.

— У тебя есть спирт, чтобы обработать инструменты и рану? – спросила она, помогая мне осторожно надеть куртку.

— Все есть. Не переживай.

Я протянул Мэган остатки своей разорванной для перевязки рубашки:

— Возьми. Надо стереть кровь с пола.

Она растерянно посмотрела на ткань, но я уже продолжал, спокойно, но безапелляционно:

— Если Уоррен или Грегор сюда заглянут, вопросов будет больше, чем ответов. А нам сейчас совершенно ни к чему ни первое, ни второе. Вода стоит у цветов. – Я кивнул в сторону алтаря. – Смочи рубашку и протри. Здесь, в склепе, пятна не так заметны из-за неровностей пола и плохого освещения. А вот в церкви все должно быть чисто, без следов, ни капли крови не должно остаться.