Книга Корона рогатого короля, страница 76 – Янка Лось

Пока старик рассказывал о чае, принц Эдмунд мрачно смотрел на брата и Эпону. Выходить во время рассказа и церемонии заваривания чая явно было бы невежливо.

— Ты можешь объяснить гостям, что сделала на воде, А-Фэн, – то ли разрешил, то ли приказал старик, и Ван Линфэн заговорила:

— Эта слабая заклинательница испугалась за друзей своих друзей и за корабль тоже. Пусть он принадлежал дурному человеку, оставившему там огненную ловушку, но у корабля тоже есть душа и судьба, и наблюдать за его смертью тяжело. Отец этой заклинательницы давно ушел к предкам и наблюдает за ней оттуда, но он оставил подарок, искусную шпильку, а в ней доброго духа – хранителя. Отца звали Ван Байху, белый тигр, и хранитель имеет вид белого тигра.

Она улыбнулась. Эпона подумала, что минская девушка невероятно красива со своими блестящими, как черное зеркало, волосами, фарфоровым личиком в форме сердечка, удлиненными глазами, вытянутыми к вискам, и постоянной ласковой улыбкой.

Принц Эдмунд, кажется, разделял ее мнение.

Когда чашечки с поклонами передали уже по третьему разу и Ван Линфэн с Пятой Тетушкой пообещали принести разные необычные для Далриат сладости, принц Эдмунд подал знак брату и Эпоне. С неожиданно умелым поклоном в духе Мин он извинился перед хозяевами и вышел на верхнюю палубу. Эдвард и Эпона последовали за ним.

— Будет хорошо, если вы оба не скажете ничего отцу, – сказал он без прелюдий.

— Будет хорошо, если ты впредь вовремя станешь рассказывать мне о своей личной жизни, – заметил Эдвард. – Я твоим доверием не злоупотребляю, знаешь ли.

— Замечу, братец, что и о твоих приключениях в платье я заранее не знал.

— Он заранее тоже не знал, – заступилась Эпона. – Ваше Высочество…

Наследный принц махнул рукой:

— Можно уже без этикета. Мы не на балу.

— Хорошо. Вы давно их знаете?

Она хотела спросить немного другое, но сдержалась.

— Года полтора. Они прибыли сюда с шелком и перцем, и кое-кто обвинил А-Фэн во вредном колдовстве. Кое-кто завистливый. При дворе был магистр Эремон, я попросил его помочь, и он помог. А я стал приходить на джонку. Мне…

Он помолчал, подбирая слова.

— Мне всегда хотелось путешествовать. Море. Далекие страны. Корабли. Я бы, как они, мог на корабле жить и не сходить на берег совсем. Мне по ночам море снится.

— Ты тоже не хочешь корону, – понял Эдвард. Старший брат не ответил – зачем говорить очевидное.

— А кое-кто завистливый… мы с Эпоной ведь ее знаем?

— Знаете. Эния Магуайр, фрейлина. Скользкая девица. Но сестра от нее без ума.

Все трое помолчали. Эпона вспоминала, что именно она когда-то пристроила свою бывшую компаньонку и единокровную сестру в свиту принцессы, повинуясь душевному порыву. Вот он, результат.

— Брат, Линфэн знает, кто ты? – неожиданно спросил Эдвард.

— Нет. Она думает, я просто сын одного из придворных.

— Скажи ей, ладно? Тогда вместе решите, что делать. По-честному.

— Скажу. Но не сегодня уже.

Наследный принц посмотрел на Эдварда, на Эпону, помолчал, потом улыбнулся:

— Я за вас обоих от души рад. Завидовал бы, но завидовать Эдви не умею. Хорошо, что вы есть друг у друга.

* * *

Дядюшка Том почти на руках вытащил сонную Эпону из кареты и повел в темный особняк. Когда напряжение спало совсем, она поняла, как устала в этот безумный день и вечер, как болит все тело после короткого боя на пристани, карабканья на борт когга, непривычного сидения на циновке.