Книга Все люди севера, страница 152 – Ана Тхия

Скалль протиснулся между ней и Торгни, который тоже не спал. И тоже по причине того, что конунга и Уллы долго не было. Скаллю бы стоило объясниться, но он даже не знал, что должен сказать другу. Поэтому молча опустил глаза и прошёл мимо. Совсем недавно его забавляло, что он мог управлять Уллой в то время, как его друг мог лишь мечтать завладеть её вниманием. Какое нездоровое чувство превосходства… И над кем! Над своим братом. Скаллю было стыдно, но Торгни он этого не скажет.

Улла тоже втиснулась рядом со свернувшимися бок о бок людьми. На ней всё ещё была накидка Скалля, что не скрылось от взгляда Торгни и Ракель. Им казалось, что они всё поняли.

В доме было уже жарко от костра и их дыхания. Свернувшись в огромной накидке, Улла постепенно начала засыпать. Прикосновения рук Скалля, которые она запомнила на своей талии, никак не грели. Сейчас она ощущала горечь от собственной лжи и закравшегося между ней и Скаллем недоверия.

Впрочем, грело её другое умиротворяющее чувство. Улла знала, что может спать спокойно. В этот раз её сон охраняли три огромных волка, не подпуская к ней никого, даже так отчаянно желавшего пробраться к ней Хеймдалля, стража богов. Он кричал неистово, надеясь, что последние уши в Мидгарде услышат его. Страж бежал по радужному мосту Биврёсту^[17] и без устали кричал:

— Они идут! Они идут в Мидгард! Они идут!

Но никто в Мидгарде его не услышал. Улла уже отвернулась от богов.

Утро выдалось хорошим, солнечным, если так можно выразиться. Волк Сколль сидел неподалёку. Когда Скалль, Улла и все остальные проснулись, то увидели, как он непринуждённо чешет задней лапой себя за ухом. Снег летел во все стороны со скал, а от большого усердия передние лапы чудовища съехали со склона, вызвав небольшую лавину. Сколль привстал и отошёл в сторону. Он задумчиво наблюдал, как снег скатывается вниз.

От его близости вокруг было очень светло.

— Волки совсем распоясались, – произнес Фюн, нахмурив брови.

— По мне лучше так, чем пробираться через темноту. Сейчас я даже рад такому соседству, – пожал плечами Эта.

— Сколль наблюдает за нами. Интересно, почему им больше не нравится гоняться за Уллой? – Торгни задумчиво потёр бороду. Практически все косички в его ярких рыжих волосах расплелись, а маленькие металлические украшения растерялись.

Скалль молчал. Он не хотел, чтобы все знали о разговоре Уллы с волками. И о том, что они набивались к ней в друзья, а не пытались её убить.

— Почему они вообще собирались её съесть? – хмыкнул Фюн.

— А если не собирались? – Подошла Ракель, заплетая последнюю длинную косу. Руки работали быстро, казалось, что пальцев не десять, а двадцать: они мелькали и мелькали. Невероятно быстро. – Они играли, отбивая её от стада, как больного зверя.

— Я не больной зверь, – буркнула вёльва, наблюдая за воинами с уютного камня во дворе, ещё покрытого мягким можжевельником.

— К счастью, да, – спокойно кивнула Ракель. – Я просто пытаюсь понять природу их поведения. Эти чудовища могли съесть не только тебя, но и всех нас за одну эту ночь. Ну а теперь они благородно освещают нам путь, как если бы не сами сожрали солнце.

— Солнце при нас. А волки ведут себя как ласковые псы. Пока этого достаточно.

Все согласились со Скаллем. А в Улле забрезжила надежда, что он обдумал её слова и сделал правильные выводы.