Книга Все чудовища Севера, страница 16 – Ана Тхия

Волк сидел, не шевелясь, пока снег оседал на его чёрную шерсть. Помолчав какое-то время, он наконец ответил в привычной витиеватой манере:

— Я видел будущее, которое трактовать умеют лишь мудрые. Один отдал глаз за многие знания, а за возможность толковать руны висел на ветвях Иггдрасиля девять ночей.

Улла еле заметно вздохнула. Ей многое казалось понятным и простым в видениях, а слова, звучавшие из разных миров, – прямолинейными. Но она думала, что Фенрир всё только запутывает.

— Ты спрашивала меня о том, что ждёт тебя и твоих союзников в грядущем будущем. Тогда я подслушал, что шепчут норны, и принюхался к изменчивому ветру, дующему из Царства Мёртвых. – Фенрир всё это время не отводил взгляда от тёмной линии вмёрзших кораблей, но наконец медленно перевёл взгляд на Уллу. – И узнал для тебя будущее – оно сейчас перед нами.

Улла сглотнула и ещё раз вгляделась в лёд.

— Что же я вижу?

Фенрир молчал, его тяжёлое дыхание превращалось в клуб пара, растворяющийся в ледяном воздухе. Но Сколль, стремительный и неугомонный, мчался по льду, а его лапы едва касались поверхности, оставляя за собой чуть заметные издали следы. Он оказался рядом с грудой искалеченных кораблей.

Многие из них завалились набок, их борта, украшенные резьбой и рунами, теперь были покрыты яркими зияющими трещинами. Безжалостный лёд расправился с ними в считаные дни, поняла Улла.

Некоторые драккары вздыбились словно дикие кони, подняв носы к небу. В свете тусклого солнца, как в ореоле факела, отлично различались разломанные палубы, а красные и синие паруса тяжело качались на ветру, покрытые инеем.

Мачты, те немногие, что ещё стояли прямо, тянулись к небу как руки, молящие небеса о помощи.

Сколль остановился у одного из кораблей, его пронзительные глаза скользили по обломкам. Он будто почуял здесь что-то, что ему было знакомо. Волк подтолкнул носом раскинувшийся шатром большой парус, просунув туда морду, а потом замер. Улле показалось, что сейчас кто-то из людей вылезет из такого искусного укрытия, но волк, очевидно не найдя ничего интересного, отпрянул от драккара и побежал в сторону города.

Улла разочарованно вздохнула.

Огни на берегу начали сгущаться – множество людей готовились к нападению. Но Сколль, не подбегая близко к Борре, сделал круг по льду, очерчивая уже припорошенное снегом, но всё ещё отчётливо выделяющееся кровавое пятно.

Оно было гигантского размера, сразу выдавая в себе произошедшее побоище. Сколль медленно прохаживался вокруг, принюхивался к замёрзшей крови.

Не было ни трупов, ни оставленного оружия. Будто всё это смело северным ветром.

— Так что же ты видишь? – наконец спросил Фенрир.

— Побоище, – честно ответила Улла. – Их не встретили как друзей, и случилась битва.

— Люди, что не послушали тебя, проиграли, – согласно кивнул Фенрир. – Их битва была скоротечна, а исход очевиден. Упрямство вождя и голод привели многих к гибели. Тот, кто жаждал битвы, получил её. Но те, кто жаждал спастись и сложил оружие, обрели шаткий мир и спасение.

— Много ли таких было?

— Достаточно, чтобы встать под началом нового вождя и пополнить его армию.

Хати под Уллой переступил с лапы на лапу, заставив её ухватиться за длинную шерсть и прижаться к шее волка. Взглянув вниз, она увидела, что луна уже ярко разгорается в его брюхе.