Книга Все чудовища Севера, страница 100 – Ана Тхия

Хальвдан вздохнул.

— Сказал, чтобы я защищал людей Мидгарда. Доверил мне всю мощь грома и молний, своё оружие… Я должен был продолжить дело Громовержца, главного врага великанов.

Скалль украл своё бессмертие. Возможно, оно не должно было достаться ему, а потому он не получил от богов наставлений. Но попадись ему тот избранный, созданный для дара богов, – он не отдаст свой секрет без боя.

Не получив ответа, Хальвдан продолжил:

— Но вчера я ударил молнией в ётуна, воспользовавшись той силой, которую мне доверили, – он заметно сглотнул, – и попал в толпу своих людей, промахнувшись. Я допустил ошибку, понадеявшись, что избранные ошибок не допускают…

Стальной голос Скалля обрушился на и без того подавленного ярла. Он усмехнулся:

— И что же теперь? Пришёл ко мне за жалостью после того, как запер здесь как собаку?

— После того, как ты привёл свою армию к моему городу, – отрезал Хальвдан. Но вздохнул и покачал головой: – Да только дело совсем не в этом…

— Чего же ты от меня хочешь? Сказать тебе, что такое случается? – огрызнулся Скалль, заметив, что Хальвдан вздрогнул от его слов.

Старший брат опустился на пол напротив, положив локти на свои колени и откинув голову назад. Его тяжёлый взгляд заставил Скалля поддержать воцарившуюся тишину и оставить свои смешки.

Он и сам не на шутку испугался, когда увидел великана на улице. Такое не могло оставить равнодушным ни одного свирепого воина. И то, как стрелы и копья отлетали от кожи чудовища, лишь подтверждало, что боги не зря оставляли избранных, способных им противостоять. Умирать под завалами в собственной темнице Скаллю отнюдь не хотелось. А Хальвдан доказал ему одно: из-под крепкого завала Скаллю со своим бессмертием не выбраться.

Молчание прервалось:

— Да, Скалль. Расскажи мне, как ты пережил, что от твоих действий погибло столько людей? А я, возможно, расскажу тебе, как справиться с утратой брата…

Скалль резко поднял голову, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но он смолчал, хотя к горлу подступала ярость при любом напоминании о смерти Торгни. Как бы ни жаль ему было признавать, но у них с Хальвданом становилось всё больше общего.

— Пережил? – хмыкнул Скалль. – Вот как ты обо мне думаешь? Что единственное, что меня толкало в спину все эти годы, – желание мстить, несмотря на жертвы? А исход нашей битвы стал только моим личным поражением?

Наверняка Хальвдан именно так и думал, каким бы понимающим братцем ни пытался казаться каждый раз, когда приходил к Скаллю на разговор.

Он медленно поднялся, цепи на запястьях звякнули. Четыре шага вперёд, четыре назад – именно столько места ему оставила темница. Бросив мимолётный взгляд на стоящий совсем близко Мьёльнир, он в который раз задумался: что же окажется сильнее? Только один удар Хальвдана мог бы выяснить это раз и навсегда. Либо молот Тора рассыплется в пыль, либо Скалль умрёт.

— Хочешь знать, каково это – видеть, как твои люди гибнут, потому что доверились избранному? – Скалль хмыкнул. – Торгни предупреждал меня не нападать на Борре. И даже был готов отдать меня в руки Скьялга и Харальда, ручных псов, говорящих от твоего имени. Он считал, что я должен был сдаться и принять кандалы… Ради спасения людей.

Цепи дрогнули, когда он дёрнул руками от досады.