Книга Три последних слова, страница 8 – Янина Хмель

— Кто здесь?

Я дождалась, пока он возьмёт в руку стакан и сделает глоток, и только потом ответила:

— Девушка с портрета.

В эти два слова я направила всю свою энергию. Он кашлянул, в его серых глазах наконец отразился страх, по чему я поняла, что он меня слышит.

Меня поразила не столько её красота, сколько

необыкновенное, одиночество в глазах!

«Мастер и Маргарита» Булгаков

Скорее всего, мне померещилось. Пора завязывать с алкоголем. Прямо сейчас.

Я опустил глаза на стакан в своей руке и отставил его на подлокотник дивана, резко убрав руку, словно прикоснулся к раскалённой сковородке.

Повторить ещё раз свой вопрос не хватало смелости. Я сглотнул. К горлу комом подкрались сомнения: а что если я притащил с кладбища какую-то сущность, которая сейчас пыталась прорваться в наш мир с того света? а что если это и правда была девушка с портрета, чьё надгробие я видел во снах.

Я поднялся с дивана и громко произнёс:

— Кто ты⁈ — Повернулся вокруг себя и, вспомнив, что на мне сейчас нет даже трусов, испытал стыд. Хотя это последнее, о чём я сейчас должен беспокоиться, но всё равно попятился к шкафу, не глядя открыл дверь и снял с вешалки халат, накинул поверх полотенца, завязанного на бёдрах, и запахнул его на груди вплоть до самого подбородка.

— Девушка с портрета, — повторил голос.

Не померещилось. Я сглотнул, распрощавшись с остатками скептицизма и уверовав и в бога, и в дьявола.

— Где ты⁈ — выдохнул я. В ответ тишина. Это всего лишь галлюцинация, мысленно убеждал себя я.

Но нет: передо мной на самом деле возникла она — девушка с портрета. Только сейчас волосы у неё были цвета корицы. А вот взгляд тот же — с презрением и безразличием. И такая же ухмылка на губах. Я заметил и родинку справа под губой. Молодая. Симпатичная, так бы я подумал, встретившись с ней при других обстоятельствах. Девушка с портрета, на котором была чёрная лента.

— Маргарита, — слетело с его губ.

— Так меня звали при жизни. А тебя как зовут?

— Михаил…

— Ответь мне, Миш-ш-ша, — протянула она, — многим незнакомым девушкам ты носишь цветы на могилу?

Под её пытливым взглядом я ощущал себя голым, ещё крепче сжал края халата.

— Мне снилась твоя… могила, — хрипло ответил я, — не давала покоя. Я думал, если отыщу её, то снов больше не будет…

— Можешь не прикрываться, — усмехнулась она, — я уже всё видела.

Я почувствовал, как кровь прилила к щекам.

— Это ты посылала мне эти сны? — Как говорится, лучшая защита, это нападение. Не хочу думать, что она там видела.

— С чего бы мне посылать сны тому, кого я не знаю⁈ — возмутилась Маргарита.

— Когда играла с лампочкой и телевизором, тебя это не смущало!

Напряжённая атмосфера между нами растворилась окончательно. Как будто это был не разговор призрака и человека, а обычное знакомство совсем обычных мужчины и женщины.

— Ты бы видел своё лицо! — рассмеялась Маргарита, на её щеках появлялись ямочки.

— А как иначе на такое реагировать? — нервно усмехнулся я.

— Ладно, храбрец, — она резко прервала смех. Я напрягся: меня всегда пугали резкие смены настроения у живых женщин, а тут призрак, и я не знал, чего от неё ожидать. Маргарита спокойно добавила: — Пойду узнавать обстоятельства нашего с тобой знакомства… при жизни.

— А мне расскажешь потом? — зачем-то спросил я. Неужто не хотел, чтобы она исчезла из моей жизни? Казалось, именно по этой причине я навестил её могилу…