Книга Три последних слова, страница 15 – Янина Хмель

Мы оба — и я, и Михаил — растерялись.

— Да уж. Теперь мы не узнаем о моей смерти… — промямлила я.

— Простите… — растерянно улыбнулся он женщине.

Дверь закрылась прямо перед его носом.

— И что теперь? — вздохнул он.

— Не знаю. Я не придумала план «Б».

— Подруги? Мужчины, с которыми ты спала, в конце концов!

— Я спала одна! — фыркнула я. Теперь, переступив черту, разделяющую жизнь и смерть, я понимала, что быть одной — это не наказание. Что там говорят? Человеку нужен человек? Ложь. Человеку никто не нужен. Ему на всё отведённое земное время вполне хватит себя. Познать себя, своё я, свой Дух — это самое важное.

— Не мне тебя судить, — перебил мои мысли Михаил.

— Здесь не судят.

— И что представляет собой жизнь после смерти?

Я снова намеренно оставила его вопрос без ответа.

За какие грехи мне послано это приведение? Не даёт покоя то, что она из тех самых трёх лет жизни, которые выжжены из моей памяти. Я не помнил ни одну женщину возле себя из того времени. После смерти матери я уехал из родного города. Тогда у меня была девушка, но она бросила меня, когда я принял решение уехать. И я уехал один. В чужой город, где не было ни друзей, ни знакомых.

Мама всегда говорила, что я особенный. Особенностью она считала то, что другие странностью: я не заводил друзей, не бегал за девочками, не играл в футбол. Не делал всего того, что делали обычные мальчики моего возраста. Мама потакала мою вспыльчивость. Не злилась. Не обижалась. Даже когда я срывался на ней. А потом её не стало.

Я зарабатывал деньги и копил на лучшую жизнь. Я был отшельником. Одиночкой. Сам по себе. И это я удивляюсь, что ей не у кого спрашивать о своей смерти? Если бы я умер, кто рассказал бы о моей?

Обратно мы ехали молча.

— Что на ужин? — внезапно прервала молчание Маргарита.

Я не понял вопроса, уставившись на неё.

— Ну, чем ты обычно ужинаешь, — пожала плечами она.

Я всмотрелся в её лицо: шутит или серьёзно? Ни тени сарказма, который отражался там, когда она выдавала свои шуточки о Наталье. Но сейчас Маргарита даже не улыбалась, и я подумал, что мне нравятся её ямочки, которые появляются только при улыбке.

— Ну?

— Обычно заказываю что-нибудь, — я внимательно смотрел на дорогу.

— А я любила готовить, — тихо произнесла она.

Я повернулся в её сторону.

— Что? После долгого рабочего дня меня это успокаивало.

— Меня успокаивает ви́ски. — Я вернул взгляд перед собой.

— Поэтому ты и выглядишь старше своего возраста, — усмехнулась она.

И я вновь посмотрел на неё, но только для того, чтобы увидеть ямочки на щеках. Она улыбалась, считая свою шутку удачной. Я тоже улыбнулся, считая её улыбку красивой.

Когда машина остановилась на парковке его дома, я попрощалась с Михаилом. Заметила его разочарование, но он быстро взял свои эмоции под контроль и даже попытался пошутить:

— Что, даже чаю не попьёшь?

— Еда из доставки и ви́ски меня не прельщают.

Он пожал плечами.

— Завтра придёшь?

Я ответила тем же и вернулась в своё небытие. Но раствориться в воспоминаниях не получалось, я думала о том, за какие грехи наказана…

«Вы, люди, считаете жизнь на земле наказанием. А должно быть иначе», — подал голос пернатый.

— Давно тебя не было слышно.

«Ты не обращалась ко мне».

— А когда я тебя увижу?

«А ты готова?»