Книга Жар-птица, страница 99 – Арина Теплова

Ольга едва успела увидеть подписанную бумагу, как через минуту поверенный скрылся за дверьми.

Все же она заставила себя перевести взор на Измайлова. Он как-то странно пронзительно смотрел на нее, и она не могла разгадать его взгляд. Оленька тягостно вздохнула, неприятная дрожь охватила ее тело.

— Могу я оставить при себе Халима, моего слугу-эфиопа? — спросила она, думая о том, что если подруги узнают, что она продала негра, то точно будут злословить за ее спиной, говоря, что она бедна.

— Как вам будет угодно, — ответил глухо он и медленно неумолимо приблизился к ней.

Часы пробили десять.

Опасаясь, что его самообладание вот-вот выйдет из-под контроля от ее близости и всего что теперь происходило, Кирилл решил немедленно перейти к решительным действиям.

Устремив взор в серебристые глаза девушки, тоном, не терпящим возражений, спросил:

— Продолжим исполнение нашего договора?

Стройный стан Оленьки оказался совсем близко от него, и Кирилл, более не собираясь сдерживать свои порывы, быстро склонился над девушкой. Властно прижал Ольгу к себе и завладел ее губами. Она не сопротивлялась, наоборот, даже сама прижалась к его твердой груди.

— Может, поднимемся в спальню? — предложила она.

— Зачем? Я запер дверь. Сюда никто не войдет.

— И все же я бы хотела не здесь, если можно, — запинаясь, вымолвила она.

Все же в мрачноватом кабинете, где стоял только небольшой темный диванчик, было как-то совсем гадко продолжать все это.

Измайлов напрягся и немедля выпустил ее из объятий. Она увидела, что ему явно не понравилась ее просьба. Однако он заставил себя сдержаться и глухо отчеканил:

— Так и быть, Ольга Николаевна, но запомните — это последняя ваша просьба. Не забывайте, вы моя должница и именно я устанавливаю правила.

— Да-да, я понимаю, — закивала она, видя, что он разозлился. — Но все же…

— Я наверх, — перебил он ее. — Ждите здесь. Мой слуга выведет вас на улицу и проводит в мою спальню через черный ход.

Быстро развернувшись, он стремительно вышел.

Тяжело вздыхая, девушка вновь обвела печальным взором шикарное убранство кабинета и подумала, что вот все и решилось. Ради спасения их семейства она отдала себя этому мужчине, в которого даже не была влюблена. Конечно, он не был противен ей теперь, но и восторгов от его близости и поцелуев она так же не испытывала. Она оценивала его как красивого внешне молодого мужчину, вполне приемлемого для роли любовника, но никак не возлюбленного.

Она отчетливо вспомнила обожание Кирилла полгода назад, осознавая, что теперь это в прошлом. Сейчас в нем чувствовались властные замашки, какое-то непоколебимое самомнение и даже холодность. С этом новым изменившимся Кириллом она не знала, как себя вести. Однако Оленька понимала одно — более вертеть молодым человеком, как послушной марионеткой, у нее не получится. Наоборот, теперь она должна была играть по его правилам, если хотела, чтобы ее будущее не стало совсем голодным и безрадостным.

Свои плащ, перчатки и шляпку Оленька отдала слуге и быстро вошла в открытую дверь.

Едва она сделала пару шагов внутрь теплой спальни, озаренной неярким огнем свечей, сильные руки обняли ее стан, и Кирилл склонился над ней. Горячие губы впились в ее шею, а ладони бесцеремонного стиснули ее грудь через ткань платья.